Мысли его были наполнены Лиззи Юстэсъ и Люси Морисъ. Еслибъ мы стали здѣсь увѣрять, что молодой человѣкъ можетъ быть совершенно вѣренъ первой молодой женщинѣ въ то время, какъ онъ влюбляется въ другую, читатели этой исторіи вѣроятно оскорбились бы. Но несомнѣнно, многіе мужчины считаютъ себя вѣрными, подвергаясь этому процесу, а много есть женщинъ, не ожидающихъ ничего другого отъ своихъ обожателей. Онѣ остаются довольны, если онъ наконецъ вернется къ нимъ. А если онъ не вернется -- такъ дѣлается въ свѣтѣ и игру придется разыграть опять. Люси Морисъ вела слишкомъ уединенную жизнь для того, чтобъ научиться такой полезной снисходительности, но Фрэнкъ Грейстокъ былъ искусникъ. Онъ считалъ себя вѣрнымъ Люси Морисъ такой вѣрностью, какая рѣдко находится въ нашемъ выродившемся вѣкѣ, намѣреваясь принести въ жертву этой вѣрности блестящія надежды своей жизни -- и даже великодушно предпочелъ эту вѣрность своему честолюлюбію. Можетъ быть, къ заслугѣ, которую онъ приписывалъ себѣ, примѣшивалось сожалѣніе къ блестящимъ благамъ, отъ которыхъ онъ долженъ былъ отказаться; но чувство это только помогло ему защищать его настоящее поведеніе отъ всякихъ упрековъ совѣсти. Онъ имѣлъ намѣреніе жениться на Люси Морисъ -- не имѣвшей шиллинга за душой, не имѣвшей никакого положенія въ свѣтѣ, дѣвушкѣ, зарабатывавшей себѣ пропитаніе должностью гувернантки, просто потому, что любилъ ее. Онъ самъ удивлялся, какъ онъ, адвокатъ, свѣтскій человѣкъ, членъ парламента, знавшій всю подноготную свѣтскихъ обычаевъ, могъ еще остаться такимъ невиннымъ, чтобъ сдѣлаться способнымъ къ такой жертвѣ. Но жертва эта будетъ сдѣлана несомнѣнно -- когда-нибудь.
Было бы нелѣпостью со стороны человѣка, сознававшаго въ себѣ такую заслугу, бояться обыкновенныхъ случайностей жизни. Развратному, горькому пьяницѣ слѣдуетъ сдѣлаться членомъ Общества Трезвости, а не здоровому, трудолюбивому отцу семейства, который не выпьетъ капли вина до обѣда. Ему нечего бояться бокала шампанскаго, когда онъ случайно попадетъ на пикникъ.
Фрэнкъ Грейстокъ попалъ теперь на пикникъ, и хотя онъ имѣлъ намѣреніе оставаться вѣренъ Люси Морисъ, онъ выпилъ бакалъ шампанскаго съ Лиззи Юстэсъ подъ скалами. Онъ думалъ много о шампанскомъ, когда заблудился.
Какая удивительная женщина его кузина Лиззи -- и какъ она непохожа ни на какую другую женщину, извѣстную ему! Какъ она была полна энергіи, какъ мужественна, и потомъ какая красавица! Конечно, ея обращеніе съ нимъ больше ничего какъ лесть. Онъ говорилъ себѣ, что это больше ничего, какъ лесть. Но вѣдь лесть такъ пріятна! Можетъ быть, онъ ей нравится болѣе другихъ. Онъ не чувствовалъ, какъ несправедливо относится онъ къ сердцу женщины, которая въ то самое время, какъ выражала пристрастіе къ нему, выражала также гнѣвъ на другого человѣка, который не соглашался жениться на ней. Потомъ, сердце женщины, у которой былъ уже мужъ, не похоже на сердце дѣвушки.
Такъ по-крайней-мѣрѣ думалъ Фрэнкъ Грейстокъ. Потомъ онъ вспомнилъ то время, когда самъ имѣлъ намѣреніе сдѣлать предложеніе Лиззи -- тотъ самый день -- и спрашивалъ себя, сожалѣетъ ли онъ объ этомъ. Было бы очень пріятно пріѣзжать въ Портрэ какъ въ свой собственный замокъ послѣ занятій въ судѣ и парламентѣ. Еслибъ Лиззи сдѣлалась его женой, ея состояніе помогло бы ему взобраться на самыя высокія ступени свѣта. Теперь онъ былъ существо ничтожное -- потому что бѣденъ и въ долгахъ. Это неоспоримо; но что все это значило въ сравненіи съ любовью къ Люси Морисъ? Мужчина обязанъ оставаться вѣренъ своему слову. Онъ останется вѣренъ. Только, разумѣется, Люси должна ждать.
Когда онъ въ первый разъ поцѣловалъ кузину въ Лондонѣ, она замѣтила, что онъ цѣлуетъ ее какъ братъ, и увѣряла, что поцѣлуй этотъ принимается сестрой. Онъ не остановился, потому что поцѣлуй былъ дозволенъ.
Ничего подобнаго не было сказано сегодня подъ скалами;-- но разумѣется, братскія отношенія, установленныя и принятыя, долго остаются во всей силѣ. Фрэнку нравилась кузина Лиззи. Ему было пріятно чувствовать, что онъ можетъ быть ея другомъ и имѣетъ власть повелѣвать ею. Она же любила поступать по-своему и повелѣвать сама собой; но какъ только онъ намекнулъ на ссору, она стала умолять, чтобъ онъ не бросилъ ее.
Такая дружба имѣетъ привлекательность для молодого человѣка, особенно если другъ его женщина хорошенькая. Относительно красоты Лиззи ни одинъ мужчина и ни одна женщина сомнѣваться не могли.
Потомъ она умѣла такъ хорошо выставить всѣ свои преимущества, что противъ нея устоять было трудно. Нѣкоторыя молодыя женщины карабкаются по скаламъ неловко, тяжело, непривлекательно и хлопотъ съ ними сколько! Но Лиззи одно время опиралась о него такъ легко, какъ волшебница, въ другое время перепрыгивала съ камня на камень, не требуя помощи, а потомъ вдругъ становилась такъ безсильна, что онъ почти бывалъ принужденъ нести ее на рукахъ. Вѣроятно, въ эту минуту Гауранъ сравнилъ ее съ царицей фей.
