Правда, «Потёмкин», как новый, только что спущенный корабль, имел неоспоримые боевые преимущества против эскадры, где имелось немало устаревших судов. Но, даже учитывая эти преимущества «Потёмкина», общая боевая сила эскадры превышала огневую мощь броненосца по крайней мере в два раза. Кроме того, в составе эскадры были флотилия быстроходных миноносцев и минный крейсер «Казарский», атака которых при поддержке эскадры грозила «Потёмкину» гибелью.
«Только бы пришла эскадра...»
Что бы ни делалось на корабле, какие бы вопросы ни обсуждались, всё кончалось этими словами.
Эскадру ждали напряжённо, о ней думали утром и вечером, вставая и засыпая.
Навстречу каждому кораблю, который показывался на горизонте, выходили наши катера. Останавливали, допрашивали. По ночам ходили в глубокую разведку на рыбачьих парусниках. Отважный Дымченко на конфискованной в порту быстроходной яхте одесского яхт-клуба доходил до самой Тендры. Прожектор ищейкой бегал по горизонту. В каждом дымке, в каждом корабле всем чудилась эскадра.
Комиссия неоднократно обсуждала вопрос о том, что делать при встрече с эскадрой.
После долгих споров было принято предложение Афанасия и моё, сводившееся к использованию боевого преимущества «Потёмкина» — большей дальнобойности его орудий. На расстоянии своего пушечного выстрела «Потёмкин» посылает приказ эскадре остановиться и затем отправляет к ней миноносец для ареста офицеров. В случае отказа эскадры повиноваться приказу «Потёмкин» открывает по ней огонь. Комиссия рассчитывала, что в атмосфере борьбы на эскадре вспыхнет восстание.
Против этого предложения энергично возражали Кирилл и матросы Бредихин, Савотченко, Фёдор Шевченко. «Мы глубоко уверены, — говорили они, — что матросы эскадры не будут стрелять по «Потёмкину». Если же мы начнём первыми, то тогда из страха за свою жизнь некоторые комендоры ответят, и вся эскадра подхватит!»
Утром перехватили радиотелеграмму. Она состояла из трёх слов: «Ясно вижу. «Ростислав». Значит, эскадра близко. Команде отдали приказ приготовить корабль к бою. Работа закипела. Скоро была перехвачена новая телеграмма «Ростислава» «Синопу»: «Мы телеграфируем вам на расстоянии 5...»
Эта телеграмма только подтверждала приближение эскадры, но не давала никаких дополнительных сведений. Решили произвести глубокую разведку.
Наш катер разыскал в порту новенький, только что спущенный с гамбургских доков теплоход. Это был тип корабля, мореходные качества которого были ещё мало известны в Чёрном море. Тем больше подходил он для нашей разведки.
На «Потёмкине» вызвали охотников. Немедленно откликнулось с полсотни матросов. Это было слишком много. Отобрали двадцать пять человек. Отряд снабдили биноклями и подзорными трубами. На случай встречи с судами береговой охраны матросов вооружили винтовками и пулемётом. Командиром разведки был назначен Резниченко.
Квартирмейстер Резниченко был одним из самых отважных и преданных делу революции потёмкинцев.
Теперь, достав откуда-то тужурку и фуражку штурмана торгового мореплавания, Резниченко стал на капитанском мостике рядом с капитаном теплохода.
По распоряжению Резниченко судно шло со скоростью шестнадцати узлов. Но у него была ещё запасная скорость, доходившая до двадцати узлов. Такой скоростью в те времена не обладал ни один военный корабль.
Уже после получасового хода заметили дымки на горизонте: Резниченко велел капитану держать на них курс. Вскоре показались три броненосца, окружённые флотилией миноносцев.
Всякий другой, вероятно, успокоился бы на этих результатах разведки. Но не таков был Резниченко. В приближающейся эскадре он не видел «Ростислава», телеграмму которого мы перехватили утром. Не было и «Синопа». Резниченко приказал капитану держать курс дальше в море, в обход эскадры.
Это был рискованный манёвр.
На эскадре заметили разведчика, дали ему сигнал остановиться и ждать миноносца.
Не обращая внимания на сигнал, Резниченко продолжал свой путь. От эскадры между тем отделился миноносец. Очевидно, чтобы привлечь внимание капитана странного судна, с эскадры дали несколько холостых пушечных залпов. Но люди на разведчике точно оглохли.
Миноносец ускорил ход[35].
Расстояние между ним и разведчиком стало быстро уменьшаться.
Резниченко командует: «Полный ход!»
Теплоход вздрогнул от рывка мощных машин. В подзорную трубу было видно, как на капитанском мостике миноносца столпились удивлённые офицеры.
«Стоп пары, пущу ко дну», — сигнализировал миноносец.
«Иду без паров», — ответил разведчик и стал спокойно набирать скорость. Резниченко не был лишён чувства юмора.
Скоро миноносец превратился в маленькую, едва заметную точку. Эскадра исчезла из виду. Не сбавляя хода, Резниченко ещё через полчаса увидел на горизонте новые дымки. Это был отряд адмирала Кригера в составе броненосцев «Ростислав» и «Синоп» и двух контрминоносцев. Они спешили на помощь адмиралу Вишневецкому.
Разведка была закончена.
