Через некоторое время парень проветрил и вымыл кухню, сбегал в магазин за нужными продуктами и решил запечь утку. Ему хотелось приготовить ужин для Кати, а не заказать что-то на дом или сходить с ней в кафе. Начиналось исполнение этой идеи со слов: «Я же маг, по любому могу приготовить всё, что угодно, только дайте точный рецепт!».
Но его мозги были заточены под искусство магии. А там, когда что-то варишь, если и дано время, то оно означало, что до этого срока зелье лучше не трогать, а после оно или получится, или нет. Бывало, что по какой-то причине рецепты не срабатывали. Когда же срабатывали, у Джима не было сомнений в этом, будто что-то щёлкало внутри, и то, что недавно являлось лишь смесью ингредиентов, превращалось в жидкое заклинание.
Но на эмоциях, с плохим самочувствием и давними привычками, он ожидал, что к указанному времени в рецептах кулинарной книги, также обязательно должен получиться обещанный результат.
И лучше бы специально для Джима кто-то написал не «запекать двадцать минут», а «выключить духовку через двадцать минут!». Иначе он продолжал готовить, добавлять что-то или просто ждать, а не получая обещанный результат решал, что рецепт «зелья» ложный.
– Впервые за готовку взялся и так лоханулся, – ворчал он, ставя на стол тяжёлые стеклянные часы, зарекаясь на этот раз делать всё чётко по правилам, но и пробуя еду в процессе.
Через два часа у него на столе уже стояла запечённая утка. Джиму, привыкшему питаться пиццами и чипсами, она казалась произведением искусства.
Вот только в дверь постучала не Катя. Незваные гости всегда приходили неожиданно, а к Джиму ещё и с неожиданными дарами. Точнее, подарок пришёл за гостями сам, на четырёх лапах.
– Я его знаю, – обрадовался Джим, подхватывая рыжего толстого кота и заключая того в объятия. – Ты вернулся ко мне!
– А ты всем в ноги кланяешься, прежде чем поздороваться? – мрачно поинтересовалась Малика, ещё какое-то время, подождав, пока нарадуется Джим и, наконец, обратит на неё внимание.
– Во всём должен быть баланс, – усмехнулся он, пропуская в свой дом Карателя, – мой внутренний взор устремлён к небесам!
– Малика, где кот? Он ведь заблудится! – раздалось с лестничной площадки, и девушка обречённо вздохнула.
– Скульпт, ну хоть ты будь серьёзен! – и, обращаясь к Джиму, пояснила: – Он кота этого увидел, схватил, и упрашивать стал оставить.
– Наш человек, – одобрил Джим.
На пороге появился высокий худощавый парень с выбеленными волосами, доходившими ему до плеч, туннелями и сергами в ушах – хотя по кодексу карателям нельзя было делать пирсинг – и кулоном на шее. Если хорошо присмотреться, можно было заметить и браслеты под рукавами серого пиджака, а если очень постараться и подключить свои тайные способности, может, кто-нибудь и заметил бы на нём уйму скрытых украшений из камней и металлов. Множество из них были вживлены и под его кожу, делая из парня что-то вроде киборга. Только киборг использует искусственные элементы, а он энергию из камней, которая циркулировала между собой в созданной им системе, будто кровь по венам, и смешивалась с жизненной энергией самого Скульпта.
Джим не назвал бы это магией, скорее чудным даром, который использовать можно для продления молодости, например. Сколько Скульпту лет, Джим не знал. Как и то, как Скульпт вообще смог разобраться, что с чем и как сочетать, чтобы всё работало. А лиши его хотя бы четверти побрякушек, и он может погибнуть, как и если сам ошибётся в расчётах. Но, видимо, не убиваемым был не только Джим, но и кто-то ещё, увлечённый до безумия своим делом.
Джим смотрел на него с интересом, даже с некой ревностью, так как тоже хотел обладать такими знаниями, обменяться чем-нибудь, обсудить. А ещё выяснить, можно ли подобным способом запустить его собственную магию так, чтобы та вращалась вокруг него, как водоворот, а не бушующей стихией разрывала на части.
Да только Скульпт Джиму не родственник и не близкий друг, с чего ему возиться с магом, который, случись что не так, мог погибнуть и ещё случайно утащить за собой всех, кто окажется в радиусе пару километров от него.
Ко всему прочему и в кодексе карателей есть пункт, запрещающий вмешиваться в чужие дела, если тебя не наняли. Казалось бы, как цинично! Но учитывая их образ жизни, тот пункт считается одним из самых важных и логичных.
Джим, уткнувшись носом в мягкий бок мурчащего кота, прищурившись, наблюдал за Скульптом и Маликой.
Этот изящный и странный «киборг» помог девушке снять лёгкий плащик и повесил его на вешалку у двери.
– А вы чего пришли? – спросил Джим, с любопытством и выжиданием посмотрев, ничего ли они не принесли с собой. Но, увы, единственное, что показалось Джиму интересным, это то, что Малика была в тонких чёрных перчатках.
– За тобой. Но, может, присядем для начала? – спросила девушка, намереваясь пройти на кухню, но Джим, помня о нездоровом интересе карателей к еде, преградил ей путь и указал на дверь в зал, с запозданием осознав, что не успел там прибраться.
