– Помочь забыть? – его голос вновь хрипит от напряжения.
– Да, помочь! Забыть о том, что сейчас творится. О предстоящей операции на сердце. Я больше не могу об этом думать.
Скрестив ноги на пояснице, прижимаюсь к его паху промежностью. Максим громко втягивает носом воздух. Его глаза моментально темнеют.
Он опирается ладонями на столешницу, расположив их по обе стороны от моих бёдер. Нависает надо мной, зависнув ртом в паре сантиметров от моих губ. Большими пальцами едва ощутимо скользит по моим бёдрам, и я начинаю дрожать всем телом.
– Я не думаю, что это хорошая идея, – говорит он не совсем уверенно.
Кого пытается обмануть: меня или себя?
Другого шанса может и не быть. Вдруг операция закончится плохо.
Так, всё. Не думать об этом! Просто жить сегодняшним днём...
– А я считаю, что сейчас самое подходящее время, – дерзко дёргаю бёдрами и тут же очень остро ощущаю его член, твердый, как камень. С моих губ срывается сдавленный всхлип, переходящий в стон. Нет, это не с губ, это из глубин груди... И этот звук окончательно лишает Макса тормозов...
Сильные руки сжимают мою попку и рывком прижимают к себе. Губы накрывают мои губы, и я задыхаюсь от жадного поцелуя.
Боже, что он со мной делает?
Обвиваю руками его шею и с пылом отвечаю на поцелуй. Немного отстранившись, Макс стягивает мои брюки вместе с трусиками вниз по бёдрам. Потом задирает к подбородку свитер, бюстгальтер опускает под грудь и накрывает сосок губами. Втягивает его в рот, и я прогибаюсь назад, запрокинув голову.
Боже... Не останавливайся...
Перемещается ко второй груди, проводит по чувственной коже вокруг соска языком. А после снова возвращается к губам и нежно их целует.
В голове туман... Я уже не владею собой...
Слышу, как расстёгивается молния его джинсов, шуршит одежда. И чувствую головку его члена, медленно проникающую в моё лоно.
Крепко зажмуриваюсь. Мне так хорошо, что хочется разрыдаться. Только в руках Максима я ощущаю себя по-настоящему целостной. И только вместе с ним я чувствую, что всё правильно. Тело не испытывает протеста, как это было последние пять лет.
Скажем честно – я почти ни с кем не спала, потому что мне было противно. Тогда не понимала, почему. А теперь знаю... Просто другие парни – это не Макс!
Макс
Мой брат сказал, что любые всплески эмоций сейчас для Евы противопоказаны. Хорошие, плохие – неважно. Другими словами, ей нужен покой, правильное питание, забота, сон.
И всё, что в этот момент происходит между нами – чертовски неправильно. Ведь секс – это мощный эмоциональный всплеск. Но отказ от него – ещё больший всплеск, ведь так?
Ева попросила меня, чтобы я помог ей ни о чём не думать. Как я могу отказать? Как могу остановиться? Когда она такая желанная, податливая... И буквально горит в моих руках!
Нет, чёрт возьми, я уже не могу...
Медленно и осторожно погружаюсь в неё. С каждым следующим сантиметром её тугая плоть сильнее сдавливает мой член, вышибая хриплый стон из груди. Ева тоже стонет. Хватается за мою шею. Притягивает максимально близко к себе, вынуждая ускорить процесс погружения.
Я прикладываю все силы, чтобы не торопиться. Не хочу сделать ей больно.
Рывком срываю с себя футболку. Потом стягиваю кофту с девушки и наощупь нахожу замок её бюстгальтера. Его я тоже немедленно снимаю. Теперь Ева полностью обнажена, а мои брюки держатся лишь на икрах. Я избавляюсь и от них, отпихнув их в сторону.
Нежно целую Еву в губы и, наконец, вхожу в неё до самого основания. Замираю. Мы сплетаемся в какой-то кокон. Руки, ноги, влажная кожа, губы, сердца... Теперь мы как одно целое.
– Максим... – шепчет Ева прямо в мои губы. – Мне так хорошо... Пожалуйста... Сделай так, чтобы было ещё лучше.
Я обхватываю её щёки ладонями. Покрываю поцелуями каждый сантиметр её лица, потом, глядя в глаза девушки, начинаю двигаться, то неторопливо выходя из неё, то так же медленно погружаясь.
Нет, мы занимаемся не сексом. Сейчас это нечто большее...
Ева удерживает мой взгляд, и наш зрительный контакт становится таким же интимным, как и слияние наших тел. Её нежные пальчики хаотично проходятся по моей спине, ноготки небольно впиваются в кожу, и в моём теле начинает пульсировать каждая чёртова клетка.
Если бы не спортивная выдержка, я бы давно сорвался и сделал всё быстро, жёстко, эгоистично. Если бы не любовь к этой девушке, я бы просто трахнул её. Но мне надо намного больше. И от этого «больше», которое я никогда прежде не испытывал, становится даже страшно.
Я, она, дом – полная чаша, наши дети – могу ли я позволить себе мечтать об этом?
– Максим...
Ева впивается в мою спину ещё сильнее. Сама двигает бёдрами так, чтобы увеличить силу моего проникновения.
– Шшш... – глажу её щеки большими пальцами, целую в уголки губ. – Я не хочу делать тебе больно.
– Мне совсем не больно! – с пылом произносит она. – Мне хорошо! Моё сердце кажется окрылённым... каким-то невесомым.
Мы продолжаем смотреть друг другу в глаза, в её взгляде – лишь страсть и восторг. Ни намёка на боль или чувство неприятия.
