– Во-первых, не надо мне тыкать! – взвизгивает девушка. – А во-вторых, уже подтвердили. И это, конечно, не я.
– А кто? – вот теперь и я обеспокоен.
– Понятия не имею, кто эта девушка, – пожимает плечами Алёна. – Вчера здесь была. Попросила встречи с адвокатом, который ведёт Ваше дело. Но так как Евы не было на месте, потребовала аудиенцию у нашего начальника. Я сама её провожала. Она особо не откровенничала со мной, но бросила что-то типа: «Я прикрою эту шарашкину конторку, в которой адвокаты водят шашни с чужими мужиками!»
– Как она выглядела? – в моём голосе появляются металлические нотки.
– Блондинка. Молоденькая такая, лет двадцать пять. Может, меньше.
Развернувшись, бросаюсь к лестнице.
– Максим Борисович! – возмущённо восклицает Алёна мне вслед, но я отмахиваюсь.
Если этот Альберт намерен уволить Еву, я должен быть рядом. Очередной стресс ничем хорошим не закончится.
А та идиотка, которая сюда припёрлась, наверняка моя бывшая. Я зря решил, что она так просто отступится. Вот только как она нашла эту фирму? Как узнала про нашу с Евой связь?
Твою ж мать! Такое чувство, что весь грёбаный мир настроен против нас!
– Всё! Пошла вон отсюда, Жданова! – рявкает начальник, и я тут же вылетаю из кабинета.
Наваливаюсь на дверь спиной. Лицо просто пылает от стыда. Ещё никогда я не чувствовала себя такой униженной!
В голове, как заезженная пластинка, крутятся слова Альберта Андреевича о том, что он ошибся во мне. О том, как я его подвела. Да и вообще поступила низко.
А я даже ничего не успела объяснить. И оправдаться. Альбер Андреевич просто отчитал меня за связь с клиентом и заставил подписать заявление. Даже в отработке моей он не нуждался. Начальник предложил мне не устраивать сцен и уйти тихо. Иначе, как заявил он, будут проблемы, и я отвечу за всё по статье.
У меня не было другого выхода, я поставила свою подпись. Шеф указал мне на дверь, и я вышла. Правда, разрешил забрать свои вещи...
Оторвавшись от двери, бреду к своему кабинету. Точнее, бывшему. Запоздалые слёзы начинают бежать по щекам, сердце словно чем-то тяжёлым придавливает.
За пеленой из слёз я почти ничего не вижу и просто бездумно перемещаюсь по кабинету.
Никак не могу собраться с мыслями. Пытаюсь проанализировать ситуацию, но пока не понимаю, о чём сейчас сожалею. О том, что лишилась работы? Или о том, что не смогу вести дело Максима? Или хотя бы найти себе замену, пока буду в больнице?
Мои коллеги и так не хотели с ним возиться, а теперь и подавно не станут.
Я опускаюсь на стул и закрываю лицо ладонями.
Господи, вот за что нам всё это?
Чёртовы пять лет, проведённых вдали друг от друга. А теперь ещё и огромные проблемы. Моё сердце. Его суд...
Может, судьба подсказывает, что нам не суждено быть вместе?
Но зачем тогда она свела нас после стольких лет?
– Ева, – голос Максима звучит совсем близко. А потом его сильные руки ложатся на мои плечи. – Посмотри на меня.
Отнимаю руки от лица и вижу перепуганного Максима. Улыбаюсь вымученно.
– Меня уволили...
– Ну и чёрт с ними, – отмахивается он. – Как ты? Болит?
– Немного... но уже вроде отпустило.
Мне не хочется признаваться в том, что бывает больно почти невыносимо. В такие моменты Максим страдает вместе со мной. Это ужасно. И становится ещё больнее.
– Когда всё закончится, мы откроем для тебя твою собственную юридическую фирму. И ты станешь самым лучшим и популярным адвокатом в городе, поняла?
Мои губы сами по себе расплываются в улыбке. От его поддержки, от того, что он верит в то, что говорит, на сердце становится легче.
– Поняла.
Обвиваю руки вокруг шеи мужчины и тянусь за поцелуем. Максим тут же накрывает мои губы своими. Одновременно вытирая слёзы с моих щёк подушечками больших пальцев.
– У тебя есть, что здесь забирать? – спрашивает Макс, нехотя отстранившись.
Тянет меня за плечи, помогая подняться со стула.
– Документы с твоим делом. Я их здесь не оставлю.
Обхожу стол, забираю папки. И свой диплом – он бережно лежал в ящике стола последние полгода.
– Ещё кружка, – киваю на подоконник. – Она мамина, можно сказать, память.
– Да, кружку однозначно возьмём, – согласно кивает Максим и тут же исполняет сказанное. Потом забирает папки из моих рук. – Всё, пошли отсюда.
Держа все мои скромные пожитки в одной руке, вторую протягивает мне. Я хватаюсь за неё, и мы сплетаем наши пальцы. Теперь уже плевать на всё! Меня уволили за отношения с клиентом, значит, ничто не мешает быть с ним!
Проходя мимо ресепшена, быстро обнимаю Алёну и обещаю ей, что позвоню. Она вручает мне пальто и шарф, и я поспешно одеваюсь. Подруга смотрит на меня так, словно сейчас расплачется. А ещё в её взгляде, брошенном на Максима – явное обвинение. Похоже, она считает его виновным.
И мне бы хотелось сейчас ей всё объяснить, но я не могу. Не хочу, чтобы у неё были проблемы, и сейчас лучше у неё не задерживаться. И так понятно, что почти все повылезали из своих кабинетов, чтобы посмотреть на опозоренного адвоката с пометкой «бывший». В холле слишком много народа.
