Я состою в разных группах, и у каждой из них есть свои правила. Хочу поделиться с вами парочкой историй о том, как иногда хорошо бы такие правила нарушать. Я предприниматель и раньше занимал руководящие позиции в крупных компаниях, а деловая коммуникация в целом подразумевает определенный этикет. Обычно люди под этим подразумевают, что нужно выглядеть «по-деловому», когда едешь, например, на переговоры. Вот вам две истории от меня.
Когда я работал в «Лайфхакере», наш с Лешей Пономарем[11] партнер предложил нам встретиться с его клиентом, порешать вопросы по контенту, но предупредил, что его клиент – ну очень серьезный человек, и попросил нас выглядеть соответствующе. На эту просьбу Леша саркастично пообещал погладить футболку. Мы с ним никогда не придерживались официально-делового стиля, и я всегда считал и продолжаю так думать, что в переговорах главное – быть искренним, честным и оставаться собой. В итоге все прошло классно. Потому что важно не то, как CEO одет на переговорах, а какой уровень и качество услуг он предлагает.
Вторая история такая: однажды мы с бывшими партнерами поехали на переговоры с тогда еще президентом компании «Билайн». Мы были в составе целой делегации, и я не изменил своему стилю: как истинный панк пришел на встречу в черной футболке, худи, джинсах и не скрывал рукава из татуировок. По заветам делового этикета, я, скорее всего, должен был стать аутсайдером на этих переговорах в ряду застегнутых под горло людей в костюмах. Но встреча началась с того, что президент «Билайна» с облегчением заявил, как ему приятно видеть нормального человека в кабинете и как его достали люди в одинаковых серых костюмах, от которых рябит в глазах. Я был одет так, как мне удобно, вел себя открыто, нигде не лукавил, и в итоге эти переговоры по большей части велись со мной.
У каждой группы есть свои правила, но я все-таки выступаю за то, что важнее быть честным с самим собой и выглядеть и вести себя так, как вам удобно. Разумеется, я не призываю обрядиться в лохмотья, но вы вряд ли носите их в обычной жизни.
В этой главе мне хочется больше поговорить о давлении групп, в которых мы состоим на протяжении всей жизни. Потому что какой бы лояльной к вам ни была группа, если вы преступаете ее границы, попираете ценности и нарушаете правила, то вам настучат по голове. Как именно – это отдельный разговор.
Социальный контроль применяется в обществе для того, чтобы проконтролировать действия отдельных лиц или целых групп. Под обществом – здесь и дальше по тексту – я имею в виду совершенно разные социальные институты: церковную общину, партию, семью или жителей одного города.
Изначально социальный контроль был создан для того, чтобы обуздать тех, чье поведение квалифицировалось как «девиантное», т. е. отклоняющееся от нормы. Получается, это борьба с отклонениями, которые бывают двух видов: те, что наносят вред окружающим, и те, которые никому особо не вредят. С первыми вроде бы все понятно – на них есть правовые методы воздействия (создаются законы, преступников отправляют в тюрьму, штрафуют и пр.), поэтому эти отклонения мне не особенно интересны. Могу посоветовать не нарушать законы, хотя некоторые из них в нынешних реалиях вызывают большие вопросы. К сожалению, это слишком тонкий лед, а мне точно не хочется, чтобы нас всех закрыли, поэтому действуем по схеме «во что бы то ни стало остаемся на свободе, мы тут нужнее».
А вот вторая категория довольно любопытная. Получается, в нее попадают все, кто выходит за рамки своей социальной группы, ведь отклонением в поведении (а значит, несоответствием) может считаться даже нарушенный этикет, который «закреплен» в группе.
Тогда напрашивается много вопросов: если поведение выходит за рамки, но никому не вредит, стоит ли применять санкции к такому человеку? Как понять, какое «девиантное» поведение общество готово терпеть, а какое – нет? Можно ли и нужно ли противостоять социальному контролю? В чьих интересах его осуществлять?
В целом социальный контроль – изначально благая идея. Но на практике – часто благая в вакууме. Обычно идеи, которые «за все хорошее, против всего плохого», заканчиваются жопой и фашизмом, такова жизнь. Роберт Парк[12], американский социолог, считал, что общество как таковое – это объединение согласия и контроля. Получается, вы все живете мирно и дружно, а кто-то или что-то (институты, организации, законы) вас контролирует. И конечно, когда речь идет о нарушениях закона или угрозе чьей-то жизни, то спорить с мистером Парком как-то не хочется, но, согласитесь, не всякое поведение наносит вред окружающим.