- Братья-горцы! - начал русский, стоящий рядом с Овхадом. - Вот уже много веков русский трудовой народ стонет под гнетом царя и богатеев. Не насытившись одной только русской кровью, огнем и мечом загнали они под свою пяту и другие малые и большие народы. Ваши отцы около ста лет оказывали героическое сопротивление царским колонизаторам, не склоняя свои гордые головы, не падая перед ними на колени. Царь и богатеи обманом и угрозами гнали на ваши аулы русских солдат. Их заставляли уничтожать ваш народ, выжигать ваши аулы. У вашего маленького народа не хватило сил защититься от самой жестокой в мире Российской империи. Русский царь отобрал у вас лучшие земли и загнал вас в каменные горы. Но вы не думайте, что отобранную у вас землю подарили русским трудящимся. Нет, не подарили. Их раздали богачам, сосущим нашу и вашу кровь, генералам, офицерам и помогавшим им предателям из чеченцев. Вы видели большие, красивые дома в Грозном? В них живут богатеи. А мы, трудящиеся, не разгибая спины работающие на них, вынуждены прозябать в полуразвалившихся хибарах и бараках, ничем не отличающихся от тюремных камер. У наших детей нет школ, нет для нас и больниц. Посмотрите на гору Суйр-Корт. Согнав оттуда чеченцев, там возвели нефтяные вышки. Богатства вашей земли русский царь продал толстосумам из Англии, Франции и Бельгии! А вы, истинные хозяева этого золотого края, нищенствуете. На вашей нефти жиреют господа Ахвердовы и Киреевы. У нас, у русского народа, нет ничего, кроме этих огрубевших от тяжелого труда рук. А русские крестьяне в еще более тяжелом положении. Мы и сами - вчерашние крестьяне, изгнанные из сел жестокими помещиками, живем в беспросветной нужде. Мы перебрались в город в надежде найти работу и кусок хлеба для детей. Братья-горцы! Русские рабочие и крестьяне поднялись против царя и богачей, не в силах далее терпеть жестокий гнет. Сегодня в России все сильнее разгорается пожар революции. Крестьяне поджигают дома и имущество помещиков. Народ мстит своим поработителям. Русский народ пытается сбросить с себя многовековое рабство. У нас у всех один враг. Русский царь, русские помещики и капиталисты эксплуатируют нас, вас и все другие народы России, это они повинны в тяжелой доле миллионов рабочих и крестьян. Они делают все, чтобы мы не объединились против них, чтобы между нами не было дружбы и единства. Они провоцируют столкновения между нами. Русский царь и русские богатеи до сих пор гнали на вас солдат. Сейчас же вас везут против русского народа, чтобы проливать кровь трудящихся, борющихся за свою свободу...
Через окно вагона Мудар увидел группу солдат, приближающуюся к собравшимся людям. Идущий впереди офицер, дойдя до толпы, остановился и несколько раз что-то выкрикнул. Видя, что на него никто не обращает внимания, он повернулся к солдатам и отдал какой-то приказ. От толпы отделился человек и, подойдя к солдатам, сказал им несколько слов. Собравшиеся на площади люди размахивали руками и тоже что-то кричали. Офицер набросился на солдат, но те стояли неподвижно, поставив приклады винтовок на землю.
- Видите вон тех солдат? - выступающий указал на них рукой. - Их привели сюда разогнать нас, а если мы не подчинимся, то и убивать. Но эти солдаты, как и везде в России, отказываются проливать кровь своих братьев. Поэтому и везут вас в Россию. Охранять помещиков и их имущество, проливать кровь русских рабочих и крестьян, поднявших знамя свободы. За эту позорную работу палача вам заплатили деньги. Братья-горцы! В среде вашего мужественного, благородного народа никогда не было наемников и палачей. Не дайте обмануть себя царю и богачам! Не позорьте ради денег честь своего народа! Лучше умереть с голоду! Мы, пролетариат Грозного, ваши братья по несчастию, просим вас вернуться назад, в свои аулы! Да здравствует революция!
Крики и аплодисменты собравшихся оглушили Мудара.
- Да здравствует революция!
- Долой царскую власть!
- Долой богатеев!
- Да здравствует свобода!
Крики прекратились, когда тот же русский поднял руку. Теперь заговорил Овхад.
- Чеченцы! Все, что сказал вам стоящий рядом со мной русский, сказано не от него одного. Он выступал от имени и по поручению собравшихся здесь и не сумевших прийти сюда рабочих Грозного. Я переведу вам его выступление, не добавляя и не опуская ни одного слова...
Когда Овхад начал говорить, Мудар пожалел о своей обиде на него. Несколько тысяч собравшихся здесь людей выдвинули от себя для выступления русского и чеченца. И этот чеченец был односельчанином Мудара. Если бы Овхад не был мужественным, мудрым и благородным человеком, они не выбрали бы его.
"Что такое Сайд, Хюси и подобные им по сравнению с Овхадом? - говорил он себе. - Мелочь! Ничтожества! А я не послушался Овхада, продался своре Сайда. Это водка, будь она неладна, погубила меня".
Протрезвев, Мудар обычно жалел о содеянном в пьяном угаре. Но оказывалось уже поздно. Сейчас ему было стыдно перед самим собой...
- Это мой односельчанин, - гордо сказал он стоящему рядом крупному шатойцу.
- Действительно? Эх, как же он бойко говорит по-русски!
