Буря и пламя полностью

– Нет, – сказала она, даже не успев этого осознать.

– Тебе все равно нечего делать в городе. Там скука смертная, уж я-то об этом наслушался. А здесь ты счастлива. Я предлагаю тебе сохранить то, что уже есть: тишину, свободу, замок. Уроки, которые превратят тебя в настоящую волшебницу. Достижение цели. Уж не этого ли ты искала столько времени?

– Тварь, ты ведь меня использовал, – сказала девушка. – Твоя ложь ослепила меня, затмила правду. Никакая ты не жертва. Ты сам довел до такого.

Чудовище резким движением засучило бархатный рукав.

– Это все их заслуги, – взревело оно, вскинув изуродованную руку. – Они обезобразили меня проклятием, повелели океану яриться в вечном шторме, возвели горы, чтобы я не смог сбежать. Я заперт здесь до скончания веков, и ты еще смеешь меня винить?

Даже в слабом свете от свечей виден был серовато-синий оттенок его кожи. Всю руку покрывали глубокие, вздувшиеся по краям шрамы. Девушка вскрикнула. Жуткое зрелище застало ее врасплох.

– Я ведь все для тебя делаю! – прокричал великан, и эхо его голоса сотрясло каменные колонны. – И учу всему, что знаю. Проклятие истязает меня, и после этого я еще виноват? – Он схватил канделябр обнажившейся рукой и швырнул его в стену. Удар об пол затушил пламя, и зал погрузился во тьму. – Сама посуди, хотя куда уж тебе! Живешь мгновеньем, забот не знаешь, а о последствиях своих действий даже не думаешь!

Эрис трясло от холода, а после шквала откровений, обрушившихся на нее, дыхание никак не желало восстанавливаться. По сводчатому потолку бежали тени, ветер шипел ей на ухо.

Чудовище шагнуло к ней – медленно и решительно.

– Если не хочешь помочь, я тебя заставлю.

Вспышка паники отогнала оцепенение. Эрис поднялась на ноги и кинулась в спальню – в эту каменную темную клетку с четырьмя стенами, – только времени баррикадировать вход уже не оставалось. Шум шагов великана нарастал, и вот уже его огромное тело появилось посреди коридора.

Никакого плана у Эрис не было, но она понимала одно: нужно во что бы то ни стало остановить Чудовище. Девушка упала на колени и ударила кулаками по каменному полу. И вдруг из-под них вырвалось пламя и заслонило ее огненной стеной.

Эрис отпрянула, закрываясь от слепящего огня, и стала пятиться поглубже в спальню.

Сквозь яростный рев Чудовища, сквозь ее собственные испуганнее крики огонь прошептал одно-единственное слово:

– Уничтожительница.

На нашу виллу приехал юноша. Он приветствует меня, прижав кулак к сердцу.

– Я к вам с вестями, король Ананос.

Его зовут Дэмеон. Помню его имя, потому что несколько месяцев спустя мы отправим его на смерть. Он повезет бумагу с известием о начале войны, а когда доставит ее, мы атакуем стены и убьем его.

В свою защиту хочу сказать вот что: я хотел действовать быстро и решительно. Думал, мы сможем уничтожить брата на месте, убить тирана сразу, минуя долгое противостояние. А гибель парнишки… что ж, это сопутствующий ущерб.

Оказывается, эта жертва была совершенно напрасной.

Но пока что мы этого не знаем. Пока что Саулос платит Дэмеону за информацию, а мы остаемся в изгнании за Королевским морем и пользуемся гостеприимством наших восточных союзников. Я очень им благодарен, вот только они во все добавляют сахар, да и лепешек сильно не хватает.

Киваю гонцу.

– Докладывай.

– Он восходит на трон раз в четыре дня, – сообщает Дэмеон. – Недавно вот к нему обратился человек, повздоривший с соседом из-за козла. Король не стал его слушать и принял сторону соседа. А после тотчас же ушел, не удостоив вниманием остальных.

– Раз в четыре дня? – переспрашиваю и хмурюсь. – А надо бы каждый день.

– Ты же сам знаешь, чем он занят, – напоминает Саулос.

– Ничего он не найдет. Это невозможно.