– Оставь, – сказала Сара. – Я уверена, он сделал это намеренно.
Мгновение я колебалась, но в конце концов все же подняла его.
– Я позабочусь о нем, пока Мактавиш не заберет его, – ответила я, стряхнув пыль с пальто, прежде чем перекинуть его через руку.
– Ты слишком добра, – заметила Сара, когда мы вышли на улицу.
– Это мои южные корни дают о себе знать.
Она хлопнула меня по руке, и я рассмеялась.
Однако Джеймс Мактавиш в тот вечер так и не пришел в наши комнаты в поисках пальто. А на следующий день я встретила его в самом неожиданном месте: в фехтовальном зале. Он сидел в кресле посреди комнаты, словно иностранный король. Если бы не одна деталь – он грыз ногти.
Лютер стоял рядом, что-то тихо ему говоря. Я снова задернула шторы.
– Добрый день, – поздоровалась я, удивленная.
– На этом занятии сеньор Мактавиш будет нашим помощником, – сообщил мне Лютер.
– Айлин, – поприветствовал меня Мактавиш, оставив свои ногти в покое.
– Сеньорита Данн, – напомнила я ему. – Кстати, Мактавиш, вчера ты оставил свое пальто в музыкальной комнате.
– Ах, вот оно где! Какая радость, а я-то думал, что забыл его в таверне, а после вчерашнего… не скоро туда вернусь.
Лютер щелкнул языком, но я не могла не улыбнуться.
– Оно у меня в комнате, в старой части западного крыла.
– Это та часть с крошечными окнами и низкими потолками?
Я подняла брови, но Лютер прервал нас:
– Мы начинаем?
Я кивнула и встала рядом с ними. Лютер принялся направлять меня, и буквально через несколько мгновений моя магия потекла потоком. Когда я открыла глаза, передо мной стоял Мактавиш, наблюдавший за мной с сосредоточенным выражением лица.
– Сложи ладони вместе, как будто хочешь зачерпнуть воды, – наставлял он меня, подражая низкому и мягкому тону Лютера. – Наполни их магией.
Я снова ощутила тяжесть магии в своих руках. Именно в тот момент, когда я пошевелила ногами, чтобы восстановить равновесие, предчувствуя странное ощущение, я заметила, что Лютер стоит рядом в той же позе.
– А теперь визуализируй ее. Ты знаешь, что это такое. Ты знаешь, какая у нее форма, цвет. Ты можешь ее увидеть.
И у меня получилось. Внезапно моя магия приобрела насыщенный голубоватый оттенок, как у незабудок, которые мы создавали несколько дней назад. Это был одновременно твердый и газообразный шар, его нельзя было описать словами. Лютер протянул ладонь, и я увидела на ней точно такую же сферу. Мне стало интересно, думал ли он о том же, о чем и я.
Секунды тянулись вечность, пока наконец Мактавиш снова не заговорил:
– Теперь верни эту магию в себя. Не отпускай ее, не избавляйся от нее. Впитай ее снова через свои руки.
На мгновение я растерялась, не зная, как это сделать, но краем глаза увидела, как это делает Лютер, и внезапно все показалось простым. Я впитала магию из своих рук, чувствуя себя сильнее.
Мактавиш по-прежнему был очень сосредоточен, и я удивилась, насколько взрослым он выглядел с таким серьезным выражением лица. Нельзя сказать, что ему это не шло, правда, но я все же предпочитала видеть его улыбающимся.
Лютер и Мактавиш снова обменялись многозначительными взглядами, и я почувствовала, насколько хорошо они знают друг друга, какая глубокая связь позволяет им общаться без слов, лишь встретившись глазами.
– Айлин, я бы хотел еще кое-что попробовать, – сказал Мактавиш.
Судя по его тону, он спрашивал у меня разрешения, поэтому я кивнула.
– Это не совсем традиционно.
Я посмотрела на Лютера, вспомнив наш спор и понимая, что́ Мактавиш имеет в виду под «не совсем традиционно». Он собрался что-то сказать, но я снова кивнула. В этом зале было трудно унять свое любопытство.
– Очень хорошо. Подними руки.
Я подчинилась, и они встали по обе стороны от меня. Лютер взял меня за правую руку, а Мактавиш – за левую.
– Не напрягайся, – сказал мне Лютер.
Мгновенно я ощутила покалывание в правой ладони. Оно распространилось и по коже спины, но помимо этого я чувствовала что-то еще. Инстинктивно я расслабила руку, столкнувшись с этим странным и одновременно знакомым ощущением, и на ней возник новый шар синей магии.
Затем я почувствовала укол в левую руку. Это не было больно, хотя ладонь, которую держал Мактавиш, казалось, горела. Я нахмурилась и, сама того не осознавая, попыталась отдернуть ее, но Мактавиш усилил хватку, сосредоточившись. Каким-то образом он пробился сквозь мою кожу и мое сопротивление, и на ладони появился темно-зеленый шар, тяжелый и необычный. Он держал его несколько секунд, а затем отстранился, заставив шар исчезнуть. Я отпустила Лютера и потерла спину, в то время как он молча рассматривал свои руки.
– Ты в порядке? – спросил меня Мактавиш.
Я кивнула и обратила внимание на пот, выступивший у него на лбу. Мактавиш со вздохом опустился в кресло. Я никогда не видела, чтобы кто-то использовал темную магию, и не была уверена, что сейчас наблюдала именно ее, но только такое объяснение приходило мне в голову.
– На этом закончим, – сказал Лютер, присаживаясь рядом с Мактавишем.
Я хотела возразить, ведь мне ничего не объяснили, однако, увидев усталое лицо Мактавиша, решила подчиниться и уйти.