— Скорей что? — Я подошел ближе. — Скажи, что ты хочешь, чтобы я сделал.
— Ну же, пожалуйста, отсоси мой гребаный член, а то от холода у меня пропадает стояк, — заскулил он.
Тут я не выдержал и засмеялся. Глаза Джона сразу же распахнулись, и на него лавиной обрушилось осознание того, что случилось. Вмиг застегнув молнию, он бросился на меня, пытаясь выхватить телефон. Мы повалились на холодную землю — он, охваченный яростью, что-то бессвязно орал, а я задыхался от смеха.
В итоге я пришпилил его к тротуару и, по-прежнему давясь смехом, уселся ему на грудь.
— Братан, это было даже слишком легко.
— Черт! — выпалил он. — Ты обманул меня!
— Именно так. И теперь все в моем снэпчате увидели, как ты умоляешь меня, чтобы я отполировал твой стручок. — Мне показалось, что его сейчас хватит удар, и я сжалился над несчастным ублюдком. — Шучу, я ничего не отправил. Пока что. Но если ты еще раз что-нибудь вякнешь против меня или моей семьи, я выложу это видео в интернет, и так быстро, что у тебя лопнет твоя набитая предрассудками голова. Понял меня?
Он, сверля меня ненавидящим взглядом, кивнул.
— Вот и отлично. — Я больно ущипнул его за щеки. — А теперь вали нахер отсюда.
Когда Джон дал деру, я, еще улыбаясь, пошел на выход из парка. Моей непроизвольной реакцией было поделиться своей победой с Люком, и я осознал, что пишу ему, только в момент, когда сообщение уже было набрано, а мой палец завис над кнопкой «отправить». С меня сразу сошло все веселье, и я снова почувствовал холод.
Я скопировал текст и отправил сообщение Гаррету, но это было не то же самое. Без моего хмурого лиса все было не так и не то.
***
Наступило рождественское утро, и я поднялся на кухню, соблазнившись ароматом свежего кофе. А еще запахами острых колбасок и кексов. Мои мать и отец выглядели как стереотипная счастливая парочка из телерекламы, и я, прихлебывая из кружки, ждал, когда они признаются, что в них вселились инопланетяне.
— Чего это вы такие довольные?
— Что здесь такого уж удивительного? — заявил Даффи. — Я со своей семьей, и впереди замечательный день.
Я скептически фыркнул.
На кухню спустилась хмурая, заспанная Адриана, одетая в штаны от пижамы и Микино худи. Она налила себе кофе и уставилась на родителей с тем же подозрением, какое испытывал я.
— Что происходит? — спросила она.
— Пора открывать подарки, — ответила наша мать, улыбаясь. — Идем.
— Подарки? Ты же говорила, что в этом году у нас нет денег на Рождество. Раза четыре за месяц сказала.
— Ну а теперь все изменилось, так что умолкни и тащи свою задницу к елке!
Адриана рассмеялась, и я поразился тому, что мои родственники, даже проявляя любовь, не могли перестать ругаться и чертыхаться. Но, тем не менее, они во многом стали другими. Незначительные перемены накапливались мало-помалу в течение последних недель — с тех пор, как я заплатил долги за аренду.
— Слушайте, я пойду еще полежу, — пробормотал я. — Я не в рождественском настроении.
— Но если ты позвонишь мистеру Роулингсу… — начала Адриана, и я бросил на нее строгий взгляд.
— Заткнись, или я не покажу тебе одно прикольное видео.
Это вызвало в ней интерес, она умолкла, и мы потопали за мамой в гостиную. Чтобы там моя мать не говорила ранее о подарках, она все равно украсила дом к Рождеству. Повсюду висели красные бантики, мишура и гирлянды, а посреди комнаты стояла огромная елка.
Держа чашку кофе, я примостился на подлокотнике кресла, а Адриана округлившимися глазами обвела маленькую горку подарков.
— Но я ничего вам не приготовила…
Даффи махнул рукой.
— Заканчивай причитать и открывай подарки.
— Но…
— Адриана, пожалуйста… — Его мягкий тон потряс нас обоих. Особенно после того, как папа продолжил: — Я всю ночь не спал. Боялся, что выбрал не то.
В него реально вселился пришелец.
Адриана, продолжая недоверчиво коситься на Даффи, села под елкой и под предвкушающими взглядами наших родителей приступила к разворачиванию подарков. Я понятия не имел, что происходит, но тоже с нетерпением ждал ее реакции на мой недорогой подарок. На его подготовку ушла пара недель, но в итоге все получилось, и он был отличным.
Я задумался, что получили на Рождество Мика и Шелли, и не поехал ли Люк к ним в Хобокен. Наверное, нет. Наверное, он сидел дома один. Если, конечно, он не устроил себе праздничный перепихон. От одной мысли об этом…
— Охренеть!
Я очнулся. И увидев счастливое лицо Адрианы, чуть не расплакался. Она держала блокнот «молескин» с толстыми, кремовыми страницами и дорогую на вид коробку карандашей.
— Как ты смог это купить? Это же… это же профессиональный набор!
Даффи довольно приосанился.
— Значит, я выбрал правильно.
Адриана прижала подарок к груди.
— О боже мой, да! Я не могу в это поверить. Спасибо!
— Это еще не все, открывай следующий! — нетерпеливо произнесла моя мать.
— Хорошо, хорошо. — Сестра неохотно отложила свои новенькие предметы для рисования в сторону.
