Может, стоило поискать Снейпа? Бродить по комнатам без рубашки было неловко. Даже в своей гриффиндорской спальне Гарри так не поступал. Но еще меньше хотелось ждать Снейпа тут. Слишком уж это смахивало на откровенное приглашение, поэтому Гарри лелеял надежду, что этим вечером обязательная интимная часть программы будет выполнена у камина.
Он решил выйти в гостиную. Да, так определенно будет лучше.
С помощью accio он вызвал полотенце и уже накинул его на плечи, чтобы легче было переносить смущение, когда в спальне появился Снейп; закрыв дверь, зельевар указал юноше на край постели.
– Нам нужно достигнуть взаимопонимания, – усевшись рядом с ним, начал мужчина.
– Может, обсудим это в гостиной? – с отчаянием в голосе спросил Гарри.
Снейп покачал головой.
– Нет, мы останемся тут. И не вздумай впадать в свой бездыханный транс! Если ты нервничаешь, не пытайся это скрывать – нервничай, Гарри. Мы со всем справимся.
– Да, я нервничаю, – признался Гарри.
– Потому, что я обещал тебя поцеловать? Утром ты это, помнится, прекрасно пережил.
– Но тогда ты применил Sensatus...
– И я продолжу его применять, пока ты не свыкнешься с ситуацией, – Снейп протянул руку и запустил пальцы в его волосы. – По-моему, тебе следует поупражняться в высушивающих чарах.
– Зато волосы не торчат во все стороны, – пробормотал Гарри.
– Да, это так, – согласился Снейп. Повернув Гарри к себе лицом, он тихо приказал: – Помни: не спать и не медитировать. Ты должен целиком присутствовать здесь, когда мы касаемся друг друга и обмениваемся поцелуями. Ты, а не бездушная оболочка. Ритуал почувствует недоверие, если ты будешь неискренен в своих намерениях. Тебе ясно?
– Ясно... – дрожа, прошептал Гарри.
Взмахнув палочкой, Снейп убрал верхнее освещение и зажег свечи и огонь в камине. Гарри смотрел, как зельевар откладывает палочку; от страха к горлу подступила тошнота. Как много силы в этом маленьком кусочке дерева! Она могла заставить его чувствовать... могла облегчить страдания. Но она также вынуждала его реагировать, что само по себе было непросто. Особенно после того, как интимности уже закончены. Гарри глубоко вдохнул, заметил, что Снейп качает головой, и понял, что снова впадает в прострацию. Это будет труднее, чем он предполагал, а ведь даже гадать о том, что вот-вот должно произойти, было равносильно пытке.
Мучительно медленным движением Снейп стянул с его плеч полотенце и бросил его на пол. И застыл в ожидании, изучая Гарри темными глазами.
– О, – до Гарри дошло, что настала его очередь. Можно было и раньше догадаться. Снейп, казалось, действовал по плану, который разворачивался так медленно, что возникали сомнения в его существовании. Как только очередной этап был пройден, они молча переходили к другому. Видимо, после сегодняшнего вечера поцелуи станут обыденным явлением. Снейп вымуштрует его так, что вскоре Sensatus не понадобится вообще.
Как же ему хотелось вернуться в те далекие дни, когда их встречи ограничивались простым массажем. Разумеется, тогда это вовсе не казалось пустяком: сидеть, позволяя Снейпу касаться себя, разминать себе мышцы... Какая мрачная перспектива! Она наводила на мысль, что со временем и целоваться со Снейпом покажется ему вполне естественным... Но в этом-то и была вся суть, верно? Свыкнуться с интимностью; чтобы в один прекрасный день - и довольно скоро - она показалось ему выполнимой.
– Между прочим, я жду, – бархатный голос Снейпа вторгся в его мысли. – Неужели время, которое мы проводим вместе, придется постоянно делить на приказы и их исполнение?
Гарри задумался над ответом, неохотно расстегивая пуговицы на рубашке зельевара. Те были сделаны из эбенового дерева и поддавались хуже прежнего. А может, Гарри так показалось – без дыхательных упражнений руки вспотели, и он нервничал так сильно, что едва мог усидеть на месте. "И подумать только, – вмешался его внутренний голос. – Вы ведь еще даже не приняли горизонтальное положение."
– Э, разве не в этом заключается смысл ритуала? – спросил Гарри; он наконец умудрился расстегнуть первую пуговицу и принялся за следующую. – Чтобы маг-хозяин отдавал приказы?
– Несомненно, у меня есть такое право, однако если ты вступаешь в сделку добровольно и искренне желаешь мне служить, постоянные «сделай то, выполни это» не понадобятся. Я не обязан принуждать тебя к повиновению – в прямом или переносном смысле.
Гарри покончил с пуговицами и перешел к манжетам, затем помог Снейпу снять рубашку.
– Э... ну... – он умолк, отчаянно краснея: хотя речь шла о рубашке, контекст предполагал физическую близость. – В любом случае, пока я не изучил твоих предпочтений, тебе лучше сказать, чего ты хочешь. В смысле, повесить ли мне ее, оставить для домовиков, применить очищающее заклинание или...
– По мне, так можешь Incendio ее на месте, – лениво протянул Снейп. – Пошевели мозгами, Гарри. Мы оба полураздеты, в спальне горят свечи, а мы сидим в предвкушении вечернего удовольствия. Ты действительно думаешь, что мне не все равно, как ты поступишь с одеждой, которую с меня снимаешь?
