Впрочем, собственное прошлое плохо подготовило его к пониманию Гарри. Верно, Тобиас Снейп был ограниченным магглом, однако ребенком Северус провел с отцом недостаточно времени, чтобы перенять его образ мыслей. Почти все детство Снейпа прошло в чистокровных семействах, где никому и в голову не приходило осуждать кого-либо за сексуальные предпочтения. И оттого, несмотря на всю ту грязь, которой поливал их Дерсли, Северус не мог не поражаться нелепости подобного мировоззрения.
То, как болезненно воспринял Гарри жестокие слова дяди, добавило недостающий элемент в решение головоломки: если раньше поведение Гарри лишь настораживало, то, узнав правду о семействе Дерслей, у него сложилась четкая, логическая картина.
Картина, в которой придется разбираться ему самому – ведь начни Гарри ритуал, испытывая стыд из-за того, чем они с Северусом уже занимались в постели и чем они станут заниматься в будущем... что ж, тогда о Podentes можно забыть. Ведь Гарри должен не просто желать проведения ритуала, он должен искренне хотеть принадлежать Северусу.
Особенно в том, что касалось секса.
Итак, дискуссию – какой бы трудной она ни была – больше откладывать нельзя.
– Мои верхние комнаты, – швырнув горсть порошка в камин, произнес Северус.
Когда Северус появился в гостиной, отданной им Гарри, то несколько удивился при виде сидящего за накрытым столом юноши. Мельком взглянув на часы, он убедился, что прибыл на десять минут позже условленного времени. Странно. Неужели он так долго простоял, размышляя, перед камином?
– Приготовление зелья заняло больше времени, чем я рассчитывал, – извинился он, вынимая флаконы из кармана. Гарри взглянул на него с любопытством, однако юношу явно беспокоило что-то другое.
– А если бы я был не один? – поинтересовался гриффиндорец. – Как бы я объяснил твой приход? Причем я даже не могу поставить против тебя защитный барьер – ритуал вряд ли это оценит.
– Несомненно, – согласился Северус, устраиваясь поудобней. – В камин встроено предупреждающее заклинание на случай, если ты окажешься не один.
Юноша нахмурился.
– Камин прослушивается также, как и дверь?
– Нет, я не имею желания за тобой шпионить.
– У меня нет желания, чтобы ты шпионил вообще.
– А у меня нет никакого желания снова обсуждать этот вопрос.
Гарри нахмурился еще сильнее, он был явно чем-то раздражен. И даже открыл было рот, чтобы что-то сказать, но передумал.
– Нам лучше пообедать. Не знаю, как ты, а я умираю от голода.
Северус резко кивнул. Он хотел было поинтересоваться, что намеревался сказать юноша, но спохватился – вопрос лишь повлечет очередную ссору. А ссора не то, что им нужно, особенно учитывая предстоящий разговор, который ждет их по окончании трапезы. Когда ему будет необходимо полное внимание юноши.
Северус доедал салат, когда Гарри прервал молчание.
– Какой пароль на двери в библиотеку? Мне нужно взять книги по ЗОТС.
– Пока совет попечителей не одобрит твою кандидатуру, преподавательский пароль тебе не поможет.
Гарри уныло вздохнул.
– Я могу попросить Альбуса дать тебе временный пропуск.
– А ты не можешь мне его дать сам?
– Могу, но это будет неблагоразумно.
– Ах да. Конечно, нельзя, чтобы кто-то заметил, как ты делаешь мне одолжение. Где-то ведутся записи?
– Вот именно. – Северус немного выждал, но, казалось, Гарри уже исчерпал эту тему. Доев салат, зельевар отрезал себе по ломтику гауды и мюнстера, мысленно похвалив Гарри за составленное меню. И только мгновение спустя спохватился: почему бы не выразить одобрение вслух?
– У тебя гораздо лучший вкус, чем я предполагал.
– Ну, как ты говорил, я же вырос среди бабуинов... – Гарри пожал плечами.
Не та реакция, которую бы хотел видеть Северус, но реплика поможет ему перейти к нужной теме.
– Те люди, среди которых ты рос, гораздо хуже бабуинов, – ровно возразил он. – Думаю, нам стоит это обсудить.
Еще одно небрежное пожатие плечами.
– У меня нет желания обсуждать Дерслей.
– Дело не столько в них, сколько в том, что они с тобой сделали.
Гарри напрягся.
– Я же сказал, что не хочу говорить об этом. Никогда, понятно? Я выжил, это позади, и мне нечего добавить.
– Ты имеешь в виду насилие? Насколько я понял, этому семейству свойственна эндемичность данного явления.
– Может, будешь выражаться нормальным языком?
– Возможно, мне стоило начать иначе, – нахмурившись, пробормотал Северус. Он тщательно продумал этот разговор заранее, и теперь, когда замечание Гарри о «бабуинах» скорее помешало, чем помогло им, решил вернуться к первоначальному плану. – Гарри, ответь мне на один вопрос. Ты предпочитаешь эль или вересковый мед?
Юноша уставился на него, словно на умалишенного.
– Мед. Я же тебе уже говорил.
– Accio бутылки. – Северус взмахнул палочкой в направлении кофейного столика у камина. Он ловко схватил две летящие к нему бутылки, сотворил два совершенно одинаковых стаканчика и разлил напитки. Один оказался светло-янтарным, с ароматом меда, другой же – коричневый и пенистый.
– Тебе не кажется, что еще слишком рано для выпивки?
