Северус лишился дара речи. Из всех безумных выводов Гарри сделал именно этот! Это лишь доказывало, что юноша ничего не понял из объяснений зельевара. Альбус был чистокровного происхождения, о чем юноше было прекрасно известно, и уж конечно, не Альбусу осуждать гриффиндорца за испытываемое к мужчинам влечение. У него едва не сорвалось с языка: «Какой же ты идиот», – как он сказал бы в классе, услышав особенно глупый ответ.
«Но Гарри не мой студент», – снова напомнил себе Северус.
– Не Дамблдор! – воскликнул он грубее, чем ему хотелось бы. – Ты сам!
– Я? Но я не могу выбирать, к кому меня влечет.
– Тогда почему тебе было так сложно признать возможность того, что тебя привлекают мужчины? – Северус сделал паузу, давая время юноше осознать сказанное. – Гарри, я полагаю, ты хотел, чтобы тебя привлекали девушки. Но выяснилось, что это не так. И тогда ты подсознательно решил, что ты в чем-то ненормален. Однако, не считая некоторых магглорожденных, воспитывавшихся в атмосфере той же нетерпимости, что и ты, больше никто не воспринимает гомосексуальность таким образом. Особенно Альбус.
Руки Гарри слегка расслабились.
– А.
– А теперь ответь мне откровенно. В первое время Артур поможет нам скрыть от посторонних существование Podentes, но в один прекрасный день твое положение почти наверняка станет достоянием общественности. Когда ты об этом думаешь, что тебя напрягает сильнее? Тот факт, что магический мир узнает о твоем статусе раба или же о том, что ты спишь с мужчиной?
– Я... то, что связано с сексом, – низким голосом признался юноша, не сводя взгляда со стаканов с напитками. Он снова сплел пальцы, но уже не так сильно.
– Ну, рабство, конечно, тоже, но в основном из-за его сексуального характера. И... наверное, ты прав. Одно время я даже считал, что было бы гораздо приличней стать рабом какой-нибудь женщины, чем рассказать всем о... ну да. – Он закашлялся. – Ты уверен, что никто не подумает, что я... ну, то, что говорил мой дядя? Проститутка. И все остальное.
– Тебя не посчитают развратным из-за того, что ты спишь с мужчиной, – заверил юношу Северус. – В самом деле, Гарри, многие удивятся, что ты выбрал именно меня, однако никто не подумает упрекнуть тебя за то, что ты состоишь в отношениях с другим мужчиной.
– Как им может быть это безразлично? – покачал головой Гарри. – Я... мне это непонятно. То есть я удивился спокойной реакции Гермионы. Я ожидал, что все будут показывать на меня пальцем.
Улыбаясь, Северус коснулся стаканов палочкой, трансформируя мед в эль и наоборот.
– Возможно, именно поэтому, Гарри. Какая разница, каковы твои предпочтения, если маги и ведьмы по желанию легко могут превращаться друг в друга? Стоит лишь принять «Многосущное зелье». А сейчас ты выпьешь мед или эль?
Гарри слабо усмехнулся – то ли облегченно, то ли недоверчиво.
– Я... все равно мед. Но уже не знаю, в котором из стаканов он находится.
Северус призвал стаканы и коснулся палочкой наполненного элем, трансфигурируя его в мед. Мужчины молча потягивали напиток. Нахмуренный лоб Гарри, вероятно, означал, что юноша размышляет над их разговором.
– Значит, если позже все узнают о Podentes, они не будут... испытывать ко мне отвращения из-за... ну, ты знаешь?
– Нет. Тебе нечего стыдиться Гарри. Совершенно нечего. Кроме того, ты получишь признание, которое заслуживаешь...
– Мне не нужно признания.
Северус кивнул, с удивлением сознавая, что верит Гарри. После увиденного в доме Дерслей ему стала понятней глубина и искренность стремления юноши не привлекать к себе лишнего внимания.
– Не сомневайся, твоя слава будет абсолютно заслуженной, – продолжил зельевар. – Однако, учитывая всю грандиозность обретенной в результате ритуала силы, разумно предположить, что тебя скорее будут бояться, чем прославлять. Во всяком случае, после того, как стихнет всеобщая эйфория.
Гарри допил мед и отставил стакан.
– Ага, это-то я понимаю. Вроде тех гангстеров с Дикого Запада.
– Прошу прощенья?
– Извини, это из маггловского фильма «Полночная зона». Иначе говоря, как только я уничтожу Темного Лорда, все станут бояться, что я захочу занять его место. Знаешь, Северус, то, что ты сможешь контролировать все мои действия... возможно, именно поэтому тебе, не откладывая, стоит объявить себя человеком Дамблдора. Чтобы уже потом люди не сомневались в том, что ты сможешь держать меня в узде и не допустишь превращения в В... Темного Лорда.
– В отличие от тебя, меня мало волнует мнение окружающих.
Гарри вздохнул.
– Могу я налить еще меда?
Северус опустил руку Гарри на плечо.
– Ты вправе делать все, что тебе угодно.
Гарри поморщился.
– Гораздо проще, когда ты говоришь мне «нет», чем решать, когда остановиться самому.
