– Можешь пить, можешь не пить, это твое дело. Но я бы хотел, чтобы ты задумался о двух вещах. Почему ты предпочитаешь мед элю, Гарри?
– Я... – Юноша подозрительно сощурился. – К чему ты клонишь?
Северус не собирался давать прямого ответа.
– Сделай одолжение, просто ответь. Это несложный вопрос, верно? Почему ты предпочитаешь мед?
Гарри взял стакан с медом и сделал небольшой глоток.
– Ну, просто он слаще. Ты же знаешь, я предпочитаю сладкие напитки. А эль горчит.
– И все же некоторые предпочитают эль, – заметил Северус. – По-твоему, с ними что-то не так?
Гарри закатил глаза и со стуком опустил стакан.
– К чему все эти вопросы?
Северус тонко улыбнулся.
– Ответь, Гарри.
– Ну, разумеется, нет ничего такого в том, чтобы предпочитать эль! Тебе прекрасно известно, что некоторые предпочитают горький вкус! Мерлин, Северус, к чему ты клонишь?
– Предпочтения. – Когда Гарри фыркнул, Северус ненадолго задумался. Обычно, когда студент не поспевал за его объяснениями, зельевар отсылал того внимательно перечитать соответствующую главу учебника. Это экономило время, да и вообще, в девяти случаях из десяти студент просто не желал ничего усваивать.
Однако Гарри был его любовником, а не студентом. И даже существуй книга на эту тему, вряд ли Гарри стал бы ее читать.
Гарри обязан понять, а Северус – так уж вышло – доступно объяснить. И зельевару оказалось на удивление трудно решить, как подступиться к задаче.
– Знаешь, я тоже предпочитаю мед, – медленно начал он, – хотя, как правило, я не любитель сладких напитков. Я люблю сухие вина, но не эль. Тебе это кажется странным?
– Нет... о вкусах не спорят. – Гарри не сводил взгляда со стакана с элем. – Зачем было наливать, если ты тоже не выносишь эля?
– Для иллюстрации. – Северус придвинул стакан с элем к другому, не уверенный, пора ли переходить к более прямым намекам. Нет... пожалуй, еще рано. – А те, кто с удовольствием пьют и мед и эль, по-твоему, нормальны?
Гарри тяжело вздохнул.
– Послушай, я не знаю, куда ты клонишь, но этот разговор не имеет смысла.
– Разумеется, но только потому, что все это тебе хорошо известно, – кивнул Северус. Решив, что настал подходящий момент, он отчетливо произнес: – По меньшей мере, насчет эля и меда. Тебе понятны подобные предпочтения.
Как он и ожидал, Гарри мгновенно отреагировал на сказанное:
– Ах да, все ясно. Это одна из тех бесед. Как насчет зеленых и черных глаз. Так на что ты намекаешь? То есть, что хочешь продемонстрировать?
– Сексуальные предпочтения. – Северус коснулся каждого стакана по очереди, словно он находился на кафедре в классе зельеварения. О нет, ему совершенно не хотелось читать Гарри лекцию, словно тот был студентом, а потому он ограничился двумя словами:– Мужчины, женщины.
Сперва Гарри уставился на него в оцепенении, а затем недоверчиво покачал головой.
– Ты думаешь, что мне нужно объяснять вот это? Что одним нравятся мужчины, другим – женщины, а некоторым – и те и другие?
– О нет, об этом ты осведомлен достаточно. – Северус продолжал следовать намеченному плану. – Но давай вернемся к напиткам. Думаю, ты согласишься, что тут предпочтения неважны, верно? Это лишь дело личного вкуса и не должно волновать окружающих, не так ли?
В ответ раздалось презрительное фырканье. Северус выжидал. Миг спустя Гарри вздохнул:
– Разумеется, я согласен относительно напитков.
– Относительно напитков.
Юноша издал еще один звук – на сей раз грубее и несколько отчаянней.
– Я в курсе того, что окружающих сильно волнует то, другое, Северус!
– Ах да. – Вот она – суть проблемы. – Именно это я и хотел бы с тобой обсудить, Гарри. Это никого не волнует. Во всяком случае, не в волшебном мире. Предпочитаешь ли ты один пол или другой, или даже оба – окружающим абсолютно все равно.
– Ну да, конечно, – саркастически покачал головой юноша. – Послушай, когда я сообщил Артуру Уизли о Cambiare Podentes, тот был в ужасе – и не только из-за необратимого рабства. Мы говорили о мужчинах и моем влечении к ним!
– Гарри, пойми, Артуру нет дела до твоей ориентации. И расстроился он как раз из-за того, что твои предпочтения не совпали с требованиями ритуала, что тебе навязывают неприемлемую для тебя ситуацию.
Глаза юноши потемнели, и он со свистом втянул воздух.
– Вы с ним это обсуждали?
– Нет, но я хорошо знаю Артура, Гарри... Верно, магам свойственны свои предрассудки, как тебе прекрасно известно. Но этот не входит в их число.
Возмущенный взгляд зеленых глаз.
– Ага, так я тебе и поверил. Возможно, мистер Уизли... просто очень продвинутый или что-то в этом роде, не знаю... Но явно не Рон. Даже Гермиона, которая росла в семье, придерживающейся исключительно либеральных взглядов, когда речь заходит о сексе и тому подобном, попросила скрывать от Рона, что я вынужден с тобой спать!
Вынужден... Слово угнетало.
