Проблемы национального отечественного искусства волновали его во всем их многообразии, и в частности — пропаганда русской народной песни. Поэтому он страстно боролся против искажений народной музыки, бездарных стилизаций и подделок, которые допускались не только собирателями музыкального фольклора, но и в значительной мере — исполнителями его. Среди них наибольшее возмущение его вызывали выступления А. Д. Славянского с руководимым им хором, исполнявшим псевдонародные примитивы. «Русская песня по своему оригинальному строю, по особенностям своих мелодических очертаний, по самобытности своего ритма, в большей части случаев не укладывающегося в установленные тактовые деления, представляет для просвещенного и талантливого музыканта драгоценнейший материал, которым при известных условиях он с успехом может пользоваться. Им и пользовались и черпали из него обильную струю вдохновения все наши композиторы: Глинка, Даргомыжский, Серов, гг. Рубинштейны, Балакирев, Римский-Корсаков, Мусоргский и т. д. С народной русской былиной, со сказкой, с песней нужно обходиться умелой рукой… Чтобы записать и гармонизировать народную русскую песню, не исказив ее, тщательно сохранив ее характерные особенности, нужно такое капитальное и всестороннее музыкальное развитие…».
Петр Ильич, как и композиторы «Могучей кучки», ревностно и со всей принципиальностью отстаивал музыкальную культуру народа: «…никто не может прикоснуться святотатственною рукою к такой художественной святыне, как русская народная песнь, если он не чувствует себя к тому вполне готовым и достойным».
Литературное слово Чайковского отличалось страстностью и пылкостью тона, изящным литературным слогом, тонкими и меткими наблюдениями, а подчас — ядовитым сарказмом и едкой иронией. И неизменно — искренностью, заинтересованностью судьбой отечественной культуры. Именно искренность его суждений не всегда нравилась другим музыкальным критикам и консервативно настроенной части читателей. Поэтому не раз на страницах газеты завязывалась довольно острая полемика, иногда появлялись пасквили в адрес Чайковского как рецензента враждебных по отношению к нему авторов. Вот почему в некоторых из статей он даже давал подзаголовки: «Объяснение с читателем» или «Генеральное сражение с моими газетными врагами».
Музыкально-критическая деятельность Чайковского во всем се объеме и многообразии воспринималась его современниками как тропинка рядом со столбовой дорогой его музыкального творчества, как штрих к портрету композитора. Теперь немногие знают о литературном даровании и музыкальных фельетонах Петра Ильича: его сочинения, известные всему миру, заслонили то, что для самого Чайковского было в те времена не просто интересным, но и чрезвычайно необходимым делом, что выражало его гражданскую позицию, а вместе с тем и его человеческую сущность.
Для Чайковского, автора злободневных музыкальных фельетонов, профессора Московской консерватории и создателя известных симфонических произведений, было естественным откликаться на события общественной жизни его времени, поэтому он принялся за сочинение «Кантаты в память двухсотой годовщины рождения Петра I» с большой охотой. Эта юбилейная дата широко отмечалась в России в 1872 году.
Фигура Петра, выдающегося государственного деятеля и полководца, была популярна в России. Больше ста лет назад ему посвятил героическую поэму «Петр Великий» ученый и поэт Ломоносов. «Пою премудрого российского героя…» — начал Песнь первую автор, понимавший прогрессивную историческую роль великого преобразователя, чтивший его и как основателя российской Академии наук. «То академик, то герой, то мореплаватель, то плотник…» — писал о Петре I Пушкин, воспевший его в поэмах «Полтава» и «Медный всадник», в стихотворениях разных лет.
Величественный облик российского преобразователя и воителя создал в большом мозаичном панно «Полтавская баталия» М. В. Ломоносов, а за ним в живописном полотне — Н. Н. Ге. При жизни самодержца запечатлел его в бронзе итальянец Б.-К. Растрелли и навсегда увековечил на громадной гранитной глыбе и вздыбленном коне, рядом с Невой, на Сенатской площади, француз Э. Фальконе. Именно тогда при о1ромном стечении публики автор «Истории России с древнейших времен» знаменитый историк С. М. Соловьев читал свои лекции об эпохе Петра.
В своей кантате Чайковский, выражая всеобщее воодушевление, написал музыку торжественно-величавую, ярко-мелодическую. В пяти больших развернутых по форме частях солист, хор и симфонический оркестр воссоздают картину русской истории от времен татарского ига до великих преобразований Петровской эпохи. Патриотическое воспевание родной земли и русского народа, претерпевшего невзгоды и героически выстоявшего, несмотря на исторические потрясения, стало главным содержанием кантаты, исполнение которой было приурочено к открытию первой в России Политехнической выставки 31 мая.
