Фиона сверилась с адресом на клочке бумаги, затем взглянула на номер кирпичного здания, перед которым стояла. Это и был дом номер двадцать один по Нассо-стрит, где помещалась контора биржевых маклеров Херста, Брейди и Гиффорда. За обедом в ресторане «Дельмонико» Уилл настоял, чтобы она сходила к его маклеру и приобрела начальные познания в устройстве фондовой биржи.
– Вы знаете разницу между богатыми и бедными? – спросил ее тогда Уилл.
– Конечно. В руках богатых сосредоточены почти все деньги.
– Нет, дорогая моя. Богатые понимают, что деньги делают деньги. Возьмите часть ваших средств, разумно вложите их – и оглянуться не успеете, как у вас появятся деньги на открытие чайного салона.
Этот разговор происходил у них три недели назад. Сегодня у нее было больше денег для вложения, чем тогда. Предсказание Уилла сбылось. Газеты раструбили о ее неофициальной встрече с принцем Уэльским. Питер Хилтон написал, что будущий король Англии мог бы получить чай в лучших салонах города, но предпочел товар молодой хорошенькой торговки из Челси. И деятельный Уильям Макклейн тоже.
Уилл возмущался, что его имя так беззастенчиво полощут в разделе сплетен, но Фионе было не до возмущения. Она действительно потонула в заказах и заказчиках. Модно одетые молодые люди приезжали в экипажах, необычайно возбужденные самой поездкой в Вест-Сайд. Богатые леди отправляли к ней своих горничных и экономок. Поступали запросы из ресторанов, отелей и крупных магазинов. Состояние Фионы было близко к панике. Она помчалась в типографию – заказывать новую партию коробок «Тэс-Ти». Оттуда к Стюарту – заказывать новую партию чая. Ей пришлось взять на полный рабочий день еще трех девушек. Две обслуживали покупателей, а третья занималась упаковкой чая. Фиона часто помогала ей, мысленно усмехаясь: «Пройти такой долгий, тяжелый путь, чтобы снова встать к упаковочному столу».
На эту встречу она должна была отправиться вместе с Уиллом, но он застрял на каком-то собрании. Он прислал за ней экипаж с запиской, где объяснял причины своего отсутствия и велел отправляться одной; именно сегодня ехать Фионе совсем не хотелось: дел было по горло. Однако Уилл занял твердую позицию и не принимал никаких возражений. Вчера он заглянул к ним и увидел, как Фиона запихивает деньги в банку. Купюр было столько, что они не влезли бы и в ящик для ночной почты.
– Поедешь к моему маклеру. Завтра же. Никаких возражений.
Фиона поднялась на крыльцо, толкнула дверь и оказалась в подобии ада, когда там не справляются с наплывом грешников. Переднюю часть большого помещения занимал громадный стол. Владелец стола стоял на стуле, спиной к Фионе, и что-то выкрикивал. Позади стола во всю ширину тянулись деревянные перила, отгораживая приемную от столов клерков. За столами сидели люди в жилетах, а то и просто в рубашках. Их волосы, чтобы не мешали, были перехвачены козырьками. Без конца макая ручки в чернильницы, клерки лихорадочно что-то строчили, успевая при этом вытирать вспотевшие лица. Между столами бегали маклеры, покрикивая на клерков. К гулу голосов примешивался стук телеграфных и тикерных аппаратов. От всего этого хотелось зажать уши. Выражения, употребляемые здесь, скорее подошли бы грузчикам на Темзе, чем деловой конторе.
Какой-то клерк, не выдержав, взорвался:
– Но я только что написал этому остолопу: покупать за десять!
– А он хочет продать их раньше, чем цена упадет до пяти! Пошевеливайся!
– Барнс! – послышалось из дальнего конца. – Хобсон на линии. Он хочет обезглавить тебя за совет покупать акции Салливана. Говорит, ты его разорил.
– Да неужели? Я знал, что так случится? Скажи ему, пусть катится ко всем чертям!
Фиона подошла к перилам, которые ей напомнили забор. Люди по другую сторону были похожи на диких быков, фыркающих и норовящих поддеть на рога. Оттого-то их и держали за забором.
– Прошу прощения, сэр, – сказала она, попытавшись обратиться к человеку на стуле.
Человек не обратил на нее внимания. Он слушал потного, запыхавшегося парня. Того окружили несколько человек.
– Я только что с биржи, – сообщил парень. – Там полный хаос. Все орут и ругаются. На моих глазах произошло три потасовки.
– Что с братьями Салливан? – спросил кто-то.
– Один в больнице. Сердечный приступ. Второй мертв. Застрелился.
Эта новость вызвала всплеск негодования и отвращения.
– Скажите, я могу поговорить с мистером Херстом? – вновь обратилась Фиона к человеку на стуле.
С таким же успехом она могла бы прийти сюда невидимкой. Никто из присутствующих не обращал на нее ни малейшего внимания. Фиона уже отчаялась найти хоть кого-нибудь, с кем можно поговорить, когда ей на спину легла знакомая рука.
– Уилл! – радостно воскликнула Фиона. – Я думала, ты не появишься.
– Сумел вырваться, но ненадолго, – сказал он. – Моя секретарша так составила расписание сегодняшних встреч, что они следуют одна за другой. Я за голову хватаюсь. – Он поморщился, услышав чье-то крепкое ругательство. – Что за чертовщина здесь творится?! Где Херст?
– Сама хотела бы знать. Пыталась спрашивать, но до этих людей не докричаться.
