Фиона зарделась от его похвалы. Томик стихов она вернула на самую нижнюю из книжных полок высотой футов на двадцать. Такие полки стояли вдоль всех стен огромной библиотеки Уилла. Лестницы на рельсах позволяли добраться до верхних полок в любом месте. Библиотека вдвое превышала размер квартиры Майкла, но была лишь одним из помещений особняка, занимавшего целый квартал на углу Пятой авеню и Шестьдесят второй улицы. Уилл впервые пригласил ее к себе. Они пообедали в ресторане «Дельмонико». Фиону сопровождал Ник. Затем он отправился в другую часть города, где у него была встреча с другом-художником, а они поехали сюда. В двенадцатом часу ночи Фиона с Ником вновь встретятся в ресторане и оттуда поедут домой. Майкл ничего не узнает. Два раза этот трюк прекрасно удавался, не вызвав у дяди подозрений. То был единственный способ, позволявший Фионе остаться вдвоем с Уиллом. В первый раз они гуляли по Центральному парку, а во второй – катались в экипаже. Маленькая уловка позволяла говорить без посторонних ушей и целоваться.
В особняк Уилла они приехали больше часа назад. Уилл сразу же устроил ей экскурсию и, почти не останавливаясь, водил по своим обширным и роскошным владениям. В особняке имелась приемная, две большие гостиные, три поменьше, столовая, бесконечные коридоры и переходы, комната для отдыха, игровая, несколько кабинетов, галерея, оранжерея, громадная кухня, бальный зал, способный вместить триста гостей, несколько комнат, назначения которых Уилл и сам толком не знал, и, наконец, его гигантская библиотека, а также спальни, ванные комнаты и комнаты для прислуги. Фионе казалось, что она попала во дворец. Несколько раз она спотыкалась, заглядевшись на резной мрамор, позолоту, расписные панели, шпалеры, шелковые портьеры, хрустальные люстры, картины и скульптуры. Переполненная впечатлениями, она обрадовалась, когда они с Уиллом оказались в библиотеке. Здесь убранство было намного скромнее: только ряды полок, два письменных стола, диван и два глубоких кожаных кресла, поставленные перед камином. Летний вечер выдался прохладным, и дворецкий предусмотрительно развел в камине огонь. Его пламя, да еще свечи в канделябрах освещали помещение.
Фиона медленно обводила взглядом нескончаемые ряды полок.
– Уилл, и сколько же у тебя книг?
Он задумался, одновременно сражаясь с упрямым штопором.
– Около ста тысяч наберется!
– Чтоб мне провалиться! – восторженно прошептала Фиона.
Она шла вдоль стены, стуча каблуками по блестящему каменному полу. За спиной хлопнула пробка.
– Ну вот! Едва вытащил. Фиона, тебе нравится «Шато Марго»? Эта бутылочка шестьдесят девятого года. Старше тебя.
– Не знаю, – пожала плечами Фиона. – Я таких вин никогда не пила. И вообще никаких не пила, пока ты не пригласил меня в «Дельмонико». Только шампанское. Единственное, что пил Ник на корабле. Я составляла ему компанию.
– Ты не шутишь? – изумился Уилл. – А что ты пила в Лондоне?
– Чай.
– Я спрашиваю про ланч. И про обед.
Фиона задумчиво почесала подбородок.
– Хм… про ланч. И про обед. Дай вспомнить… Ну конечно… чай. И потом тоже был чай. В основном средненький «ассам», который покупали в ближайшем магазине. Но иногда нам доставался божественный… – здесь она выразительно захлопала ресницами, – божественный «дарджилинг». Случалось, на складе падал и ломался ящик. Отец и его напарники стремились набрать оттуда чая, пока распорядитель работ не учуял.
– Ты смеешься надо мной?
– А что, по-твоему, семья могла себе позволить на жалованье грузчика?
– И сколько платили твоему отцу в неделю?
– Двадцать с лишним шиллингов. Около пяти долларов.
Уилл поморщился:
– Конечно, на такие деньги настоящего вина не купишь. Зато сейчас ты можешь насладиться его букетом. Садись и попробуй.
Уилл расположился на диване. Фиона устроилась рядом. Ей было приятно сидеть в его громадной библиотеке. Возле Уилла у нее возникало ощущение безопасности. Куда бы они ни ходили и ни ездили, рядом с Уиллом она всегда чувствовала себя в безопасности. О ней заботились и оберегали. Приятные чувства. Конечно, не настолько захватывающие, отчаянные чувства, какие испытываешь, когда любишь. Эти чувства, как она ни старалась, по-прежнему ускользали от нее. Но со временем они придут. Фиона в этом не сомневалась. Просто еще слишком рано. Как-никак она знает Уилла всего несколько месяцев. Этого недостаточно, чтобы всерьез полюбить. Пока она только влюблялась в него. А влюбляться и любить – совсем не одно и то же.
Уилл наполнил бокалы. Фиона потянулась к ближайшему, но Уилл отодвинул его:
– Не надо так спешить. Прежде чем ты выпьешь едва ли не лучшее в мире вино, позволь преподать тебе маленький урок.
– Мне что, нужно потом это выплевывать? На корабле была… как ее… дегустация. Я только смотрела. А те, кто пробовал вина, делали маленькие глотки, держали во рту и потом выплевывали в ведро. Наверное, им не понравилось.
– Если, моя дорогая, ты посмеешь выплюнуть это вино, я тебя вздерну.
– Оно такое вкусное?
– Очень. Закрой глаза.
– Закрыла. Что дальше?
