Человек поднял глаза. Фиона едва не вскрикнула. Перед ней была почти точная копия ее отца. Такой же подбородок, такие же скулы и потрясающие синие глаза. Он был несколькими годами моложе ее па и не настолько широкоплечим. Лицо, как ни странно, оказалось чисто выбритым. Не обветренное, не огрубелое, как у отца за годы работы грузчиком, но в остальном… У Фионы отпали все сомнения: перед ней действительно был младший брат Пэдди Финнегана.
– По-моему, я вам сказал!.. – рявкнул он, но, увидев перед собой женщину, извинился: – Простите, любезная. Думал, опять эти стервятники явились вытрясать из меня деньги. Не хотел вас обидеть… – Он не договорил и, прищурившись, стал пристально вглядываться в Фиону. – Я вас знаю?
– Я ваша… твоя племянница Фиона.
– Моя племянница? – помолчав, переспросил он. – Дочка Пэдди?
Фиона кивнула.
– А это – мой брат Шеймус, – добавила она, указав на Шейми.
– Моя племянница! – изумленно повторил Майкл; его лицо смягчилось улыбкой. – Дай-ка мне взглянуть на тебя! Смотрю, в нашу породу пошла. Вся в отца! Как две капли воды! Моя племянница! – Он неуклюже слез с табурета и заключил Фиону в медвежьи объятия, едва не задушив ее перегаром.
– Мисс, вам чего-нибудь принести? – спросил бармен, когда Фиона высвободилась из дядиных объятий.
– Нет, благодарю…
– Тим! – рявкнул Майкл. – Тащи выпивку для моей племянницы Финоны!
– Фионы…
– Невелика разница. Садись. – Майкл уступил ей свой табурет, а себе вытащил другой, но Фиона отказалась. – Садись, тебе говорят! – Майкл силой усадил ее на табурет. – Садись и рассказывай, как очутилась здесь. Тим! Принеси моей племяннице порцию твоего лучшего виски!
– Мне достаточно содовой, – торопливо сказала бармену Фиона.
– И малышу принеси чего-нибудь. – Майкл поманил Шейми к себе. – Иди сюда, Шеймус. Садись рядом со своим дядей Майклом. – Он выдвинул еще один табурет; Шейми вскарабкался на сиденье, робко и опасливо поглядывая на дядю. – Тим, принеси и мальцу виски.
Майкл хотел было сесть, но не рассчитал и грохнулся на пол. Фиона вскочила, бросившись на помощь.
– Что тебя погнало в такую даль? Повидаться приехала? – спросил Майкл, отряхивая пыль.
– Бери выше, – ответила Фиона, помогая дяде усесться на табурет. – Мы приехали в Нью-Йорк навсегда. Эмигрировали.
– Вдвоем? А где Пэдди? Он тоже здесь? А Кейт?
Фиону ужасала необходимость сообщить дяде страшные новости. Его и так подкосила смерть жены.
– Дядя Майкл… – начала она, подавая Шейми один из двух стаканов содовой, принесенных барменом. – Мой отец… умер. Несчастный случай. Он выпал из погрузочной двери на складе. – (Майкл ничего не сказал, тяжело сглотнув ком в горле.) – И мамы тоже больше нет. Ее убили.
– Убили? – воскликнул Майкл. – Когда? Как?
Фиона рассказала ему про Джека-потрошителя. Затем про Чарли и маленькую Айлин, добавив, что они с Шейми остались живы только благодаря доброте и заботам Родди О’Миры.
– Поверить не могу. Столько смертей, – отрешенно пробормотал Майкл. – Мой брат… столько лет прошло, но я всегда думал… мы с ним еще свидимся. – Он поднял на Фиону глаза, полные боли. – Скажи… Пэдди мучился?
Фионе вспомнились последние минуты жизни отца. Изуродованное тело, прикрытое больничным одеялом. Следом вспомнился подслушанный разговор Бертона и Шихана, насмехавшихся над его подстроенной смертью. Майклу незачем знать, что старшего брата убили за требование грошовой прибавки к жалованью. Дяде и так хватало горя.
– Совсем недолго, – ответила она, не вдаваясь в подробности.
Майкл кивнул и заказал новую порцию виски, которую выпил залпом, словно воду.
– Дядя Майкл, мы видели твой дом. Что случилось с Молли и ребенком? Почему магазин закрыт?
– Тимоти, еще порцию. Двойную.
Он явно хотел поскорее напиться. Новости сделали Майкла не столько подавленным, сколько возбужденным. Он не мог дождаться двойной порции и барабанил пальцами по стойке. Он ждал виски, словно от этого зависела его жизнь. Прав оказался встреченный мальчишка: ее дядя стал пьяницей. Майкл смотрел уже не на Фиону, а куда-то в угол.
– Тетя Молли… – осторожно напомнила Фиона.
– Умерла. От холеры.
– Какой ужас!
– Ослабела она после родов. Будь посильнее, глядишь, холера бы ее только боком зацепила.
– Ребенок родился?
– Да. Через две недели после начала эпидемии.
– А потом… Он тоже…
– Она. Выжила.
– Выжила? Где же твоя дочка? – спросила встревоженная Фиона. – Неужели одна в квартире?
Фиона боялась даже подумать о малышке, оставленной в пустой и темной квартире.
– Нет. Она с Мэри… с подругой… – Майкл вздохнул; говорить ему становилось все труднее, – с подругой Молли… забрала ее после похорон. – Майкл поднял палец, сигнализируя о новой порции виски.
«Черт тебя побери, сколько можно пить?!» – сердито подумала Фиона. Дядя и так уже лыка не вязал.
– Где живет Мэри? – спросила она. – Где ребенок?
– Со мной… дома… с Мэри…
Язык у Майкла заплетался все сильнее. Нужно поскорее получить от него ответы, пока он не уснул прямо за стойкой.
– Дядя Майкл, я видела, что магазин выставлен на аукцион. Можно его снять с торгов. Сколько вы задолжали?
