– Мне кажется, люди говорят правду. Макс – бабник. Я не хочу привязываться к тому, кто уйдет, увидев девчонку посимпатичнее. Плавали, знаем, в это болото возвращаться не будем… Но у меня уже возникли чувства к нему. С другой стороны, он неплохой парень, я не прочь с ним дружить.
– Ох, Рози, – подруга заключает меня в объятия. – Неудивительно, что ты в таком замешательстве. Подскажу тебе лучшее лекарство: займись своими делами и пусти все на самотек. Устаканится само собой. Давай попозже я загляну к тебе, и мы еще раз обо всем поговорим?
– Да, давай!
Вот что радикально меняет жизнь к лучшему: подруга, которая всегда готова тебя выслушать. Мне очень повезло с Арией. Она никогда надо мной не смеется и воспринимает все мои идеи всерьез.
Я возвращаюсь в фургон и разбираю одежду. Отдельной стопкой выкладываю вещи, которые пора стирать. Так странно: сначала я даже не представляла, как умещаться в таком крохотном пространстве, а теперь будто владею целым дворцом. Ну правда, чем тут занимать место? Немного одежды на каждую погоду, книги, кухонная утварь, ноутбук, карты и блокноты, аптечка, туалетные принадлежности и все. Больше ничего и не нужно.
Я вспоминаю все свои спонтанные покупки: джинсы, потому что иметь их в гардеробе – это обязательно, помаду, которую в жизни не использовала, мебель для дома, которая была не совсем по карману… А еще дорогую бижутерию, которую не могла носить на работе, технику, которая уже вышла из моды, и кучу других вещей, которыми я пыталась заполнить пустоту внутри себя, тратя с таким трудом заработанные деньги. Теперь же я вижу четко и ясно: все эти материальные вещи не помогали мне избавиться от пустоты, а, наоборот, только мешали. Из-за них я работала на износ, чтобы позволить себе жизнь, которая мне даже не нужна.
Я отказалась от такого количества денег и приобрела нечто гораздо более ценное.
Знаете, что нельзя купить? Интересные знакомства. Настоящих друзей. Любовь. Я вспоминаю Макса и то, что он заплатил за Поппи просто так, без повода.
Мне предстоит узнать столько нового, научиться жить заново… Но до этого я словно блуждала в темноте, а теперь мне включили свет. И с поразительной ясностью я понимаю, что шла не тем путем.
Я столько думала о том, что
Нужно жить моментом и ценить его.
Бедный Макс просто хотел помочь, а я так на него обозлилась, потому что привыкла, что люди ничего не делают просто так. Нужно побыть взрослой Рози и извиниться.
Под покровом ночи я иду к фургону Макса. Над головой мерцают звезды, указывая путь. В лагере тихо: большинство путешественников уже собрались и уехали пораньше, чтобы не попасть в пробку.
Чем ближе я подхожу, тем отчетливее слышу доносящийся из фургона раскатистый смех и его глубокий баритон. Это он с Мэлли там? Наверное, лучше не заходить. Не хочу видеть их почти без одежды: голые, широкие плечи Макса, тату, которые вьются по его шее и опускаются ниже…
Я стучу так громко и требовательно, что кулакам становится больно. Я не буду стоять здесь всю ночь и слушать, как они милуются.
Кто-то издает недовольный стон, потом раздаются приглушенные голоса, и Макс распахивает дверь. Судя по лицу, он недоволен тем, что их прервали. Наверняка так.
– Я не помешала? – выдавливаю я, слыша, что в голосе сквозит боль, а обида раскрашивает щеки румянцем.
– Совсем нет. Зайдешь?
Мэлли, завернутая в одеяло, заглядывает через его плечо.
– Приветик!
Слова вылетают из моей головы.
– Эм, привет.
Робот-Рози на подходе… Мне нужно уйти, но ноги словно приросли к земле. Макс хмурится, словно не может понять, почему я здесь.
– Проходи. Ты же знаешь Мэлли.
– Мне кажется, я здесь лишняя.
– Нет же, – напряженно возражает девушка. – Мы просто никого не ждали.
Она ерзает, и я замечаю, что под одеялом у нее только тонюсенькое нижнее белье. Значит, и правда миловались… От этой мысли у меня сводит живот.
– Ты почти без одежды! Я лучше пойду.
Макс хватает меня за плечи. Знакомый жест: последние пару месяцев он успокаивал меня таким же образом. Ее плечи он тоже так хватает?
– Она хотела показать мне новые тату, – говорит он.
Серьезно? И я должна на это купиться?
Мэлли прыгает вокруг нас, как какая-нибудь чирлидерша.
– «Ом» символизирует источник жизни Вселенной, хотя в жизни это просто звук, вибрация. Глубоко, да? Мы все – часть необъятной вселенной.
Я хмурюсь.
– Ничего не поняла.
Мэлли поджимает губы. Макс смеется и говорит:
– Я тоже, но в этом прелесть тату. Их можно трактовать по-своему.
Мэлли выглядит так, словно готова убивать.
– Может, наденешь свитер? Холодно же.
В ее глазах сверкает злость.
– Я как раз собиралась уходить.
Она надевает свитер и сбрасывает одеяло. Почему она не надела футболку под свитер в такую погоду?
– Пока! – говорю я.
