– Я не решала, я знаю.
– Как же так вы это знаете? – холодно спросила ее миссис Фишер, пока миссис Уилкинс подкладывала себе спагетти, зачем-то предложенные ей надоедливой Франческой.
– Когда мы стояли около, я просто видела ее внутри.
Но миссис Фишер не собиралась ничего на это отвечать, к чему отвечать на подобный бред. Вместо этого она резко ударила в маленький гонг, хотя Франческа все еще стояла у буфета, и заявила, что больше ждать не может:
– Подавайте.
И Франческа, не без издевки, предложила ей макароны.
Других путей, чтобы войти или выйти из верхнего сада Сан-Сальваторе, кроме как через стеклянные двери столовой или коридора, не существовало, и, к сожалению, они находились с одной стороны. Поэтому пройти через них из сада незамеченной было невозможно – ты неизбежно столкнешься с человеком, на встречу с которым явно не рассчитываешь. Сад тоже оказался маленьким и прямоугольным, без укрытий. Все деревья – иудино, тамариск и пиния – были расположены у низкого парапета. За розами тоже не спрячешься. Шаг в сторону, и ты уже на виду. Лишь в северо-западном углу крепостной стены находилось укромное место, скорее всего, когда-то служившее наблюдательным пунктом, где можно было скрыться, так как рядом густо росла волчья ягода.
Кроха, убедившись, что за ней никто не следит, тихонько перетащила туда свое кресло, осторожно, словно собиралась совершить что-то запретное. На стене была еще одна площадка, аналогичная северо-западной, но она была хорошо проглядываемой, и хотя оттуда открывался более живописный вид, там не было никакой безопасности. Поэтому леди устроилась на своей площадке, подтянула подушку и положила ноги на парапет, решив, что здесь точно никто ее не найдет.
Миссис Фишер нашла ее, следуя за сигаретным дымом. Кроха, не проявившая осторожности, об этом не подумала. Миссис Фишер сама не курила, поэтому у нее был острый нюх на этот запах. Сильный запах резанул ей ноздри, как только она вышла из столовой. После обеда она планировала выпить кофе в саду. Она попросила Франческу поднести ей кофе в тень около двери в столовую, и когда миссис Уилкинс, увидев, что столик уносят, напомнила ей, что леди Кэролайн хочет побыть в одиночестве, но миссис Фишер с достоинством ответила, что сад принадлежит всем.
Она вышла и в тот же миг поняла, что леди Кэролайн курит. Подумав: «Вот уж современные дамы!» Теперь палочка не мешала ей так, как до еды, когда та была, как подметил Браунинг – или это был не Браунинг? Вспомнила, как эта мысль ее развеселила, так что точно он, – да, когда еда была надежно поглощена.
Никто больше не мог вызвать у нее такой смех, размышляла миссис Фишер, уверенно шагая к кустам. Мир стал уж слишком скучным, лишенным юмора. Конечно, у молодежи есть свои шутки, но какие? Теккерей был бы в шоке от нынешнего поколения. И, конечно, она не могла изменить всех, но стремилась донести свою точку зрения до леди Кэролайн.
– Я слышала, у вас плохо со здоровьем, – сказала она, стоя перед узким проходом, абсолютно не сомневаясь в том, что делает. Ее голос был низким, почти мужским, с теми необычными чертами, что иногда появляются у женщин в пожилом возрасте. Кроха пыталась казаться спящей, и у нее бы это могло получиться, если бы сигарета не была зажата в пальцах.
Она напрочь о ней забыла. Миссис Фишер, однако, это заметила и, направившись на площадку, устроилась на узком каменном сиденье, пристроенном к стене. Посидеть здесь можно, но недолго – камень слишком холоден, чтобы долго оставаться на нем.
Она внимательно смотрела на фигуру перед собой. Безусловно, это прекрасное создание, которое могло бы вызвать восторг в Фаррингфорде. Удивительно, насколько сильно внешний вид влияет на мужчин, даже на самых выдающихся. Она была свидетелем того, как Теннисон отошел от всех гостей на празднике в его честь и остался наедине с юной дамой, случайно оказавшейся в их кругу и обладающей лишь одной важной чертой – красотой. Красота! Чем же она является? Мимолетностью – просто мгновением, за которое может произойти что угодно. К сожалению, в тот момент, пока она существует, она может повлиять на мужчин самым неожиданным образом. Даже женатые не защищены от этого болезненного влияния. У мистера Фишера в жизни тоже были свои испытания…
– Думаю, вы утомились в путешествии, – произнесла она низким голосом. – Вам следует взять простое лекарство. Я спрошу Доменико о касторовом масле, есть ли оно в деревне.
Кроха открыла глаза и посмотрела на миссис Фишер.
– Ах, – сказала миссис Фишер, – я знала, что вы не спите. Если бы вы спали, то уронили бы сигарету на землю.
Кроха выбросила сигарету за парапет.
– Напрасно, – сказала миссис Фишер. Мне не нравится, когда женщины курят, но еще меньше я люблю расточительство.
Что делать с такими людьми? – спросила себя Кроха, не сводя глаз с миссис Фишер и желая показать свое негодование, но миссис Фишер видела в ней лишь милую покорность.
