Она могла бы вернуть беседу в нужное русло, если бы не леди Кэролайн. Леди Кэролайн активно поддерживала миссис Уилкинс и принимала участие в обсуждениях не меньше, чем она сама. Безусловно, кьянти способствовало этому, но разве это ее оправдывает? Интересно, что леди Кэролайн полностью поддерживала идею о том, чтобы предоставить единственную свободную комнату миссис Уилкинс. Она рассматривала это как само собой разумеющееся. Все остальные варианты, по ее мнению, были недопустимыми – как она сама выразилась, варварскими. Миссис Фишер с трудом сдерживалась от желания спросить леди Кэролайн… разве ей никогда не приходилось читать Библию? В ней четко говорится, что двое станут одной плотью. Следовательно, нужна одна спальня. Однако миссис Фишер ничего не сказала. Она ни за что не стала бы упоминать подобные тексты в компании незамужней дамы.
Существовал лишь один способ поставить миссис Уилкинс на место и исправить ситуацию. Следовало заявить, что именно она собиралась пригласить свою подругу. У нее есть на это все основания. Все это подтвердят. Помимо того что это крайне невежливо, это также просто ужасно, что миссис Уилкинс решила занять единственную свободную спальню, в то время как в ее комнате имеется все необходимое для ее мужа. Может, она действительно кого-то и пригласит или предложит приехать. Например, Кейт Ламли. Кейт вполне может позволить себе оплатить свою долю, тем более она одного возраста с миссис Уилкинс и хорошо знает многих из тех, кто ей знаком. Конечно, Кейт никогда не была в центре внимания. Ее зовут лишь на большие вечеринки, а не на камерные вечера, так что она всегда остается в стороне. Есть такие люди, кто неизменно остается на втором плане, и Кейт из их числа. Тем не менее нередко такие люди оказываются весьма приятными, и даже более приятными, чем другие, так как имеют способность быть благодарными.
И вправду стоит задуматься о Кейт. Бедная, она никогда не состояла в браке. Трудно ожидать, что каждой повезет с этим. Однако она была вполне устроена, не роскошно, но достаточно, чтобы покрыть свои нужды и быть за это благодарной. Да, Кейт – это выход. Если она появится, миссис Фишер одним мановением руки поставит семью Уилкинс на место и предотвратит попытки миссис Уилкинс захватить больше одной комнаты. Кроме того, миссис Фишер сможет преодолеть изоляцию, душевную изоляцию. Ей физически было необходимо уединение между приемами пищи, но она на изоляции души. Испытать ее в компании молодых дам, придерживающихся иных взглядов, совершенно естественно. Даже миссис Эрбутнот, судя по ее связи с миссис Уилкинс, мыслила иначе. Кейт поддержит ее. И Кейт не будет навязываться, так как она скромная и сговорчивая дама, а во время еды будет рядом, предлагая миссис Фишер нужную заботу. В тот момент миссис Фишер промолчала, но позже, когда все собрались в общей гостиной у камина, ведь у нее камина не оказалось, а вечерами было прохладно, ей пришлось решиться проводить их вместе с остальными. Когда Франческа подала кофе, леди Кэролайн закурила, и миссис Уилкинс с явным облегчением произнесла:
– Если никому эта комната не нужна и ее никак не планируют использовать, я буду очень рада, если Меллерш сможет здесь расположиться.
– Сколько угодно, он и должен там быть, – сказала леди Кэролайн.
И вот тут миссис Фишер вступила:
– У меня есть подруга, – начала таким низким голосом, что окружающие сжались, – Кейт Ламли.
Все молчали.
– Возможно, – она обратилась к леди Кэролайн, – вы с ней знакомы?
Но нет, леди Кэролайн не знала Кейт Ламли, и миссис Фишер, не спрашивая о том же остальных, ведь откуда им ее знать, продолжила:
– Я хочу пригласить ее ко мне.
Тишина.
Затем Кроха, повернувшись к миссис Уилкинс, сказала:
– Это решает вопрос с Меллершем.
– Это решает вопрос миссис Уилкинс, – отрезала миссис Фишер, – хоть мне и не ясно, как такой вопрос вообще мог возникнуть, но решение одно-единственное.
– Думаю, вам будет туго, – сказала леди Кэролайн, обращаясь к миссис Уилкинс, – только если он не сможет приехать.
Миссис Уилкинс нахмурилась – неужели она недостаточно закрепилась на небесах? – и встревоженно произнесла короткое:
– Я вижу его здесь.
Однообразные – только на первый взгляд – дни проносились в потоках солнечного света, и слуги, наблюдая за четырьмя дамами, пришли к выводу, что в них едва теплилась жизнь.
Слугам Сан-Сальваторе казался спящим. Никто не пришел на чай, да и дамы не выезжали никуда для чаепития. Прежние постояльцы в другие весны были куда более активными. Царил переполох, постоянно что-то предпринималось, использовалась лодка, посещались экскурсии, пролетка Беппо не поспевала. Народ из Медзаго приезжал провести день. Дома звенели голоса. Иногда даже распивалось шампанское. Они были предоставлены самим себе. Они скучали.
Недоумение вызывало и абсолютное отсутствие джентльменов. Как могли джентльмены оставаться вдали от такой красоты? Ведь и после вычета пожилой дамы три, вместе взятые, молодые девушки являли собой полную совокупность всего того, к чему обычно стремятся джентльмены.
