- В самом деле? - обрадовалась Юли. - Нет, правда, Максим? Представляешь, он был бы похож на тебя! У него были бы твои глаза... твои брови... твой лоб... твои волосы... твои губы... - Её нежные пальцы медленно бродили по моему лицу. - Он был бы весь-весь похож на тебя! И я любила бы его, как тебя.
Я ласково привлек её к себе, коснулся губами её влажных губ. Дурман, исходивший от её волос, пьянил мне голову. Я задохнулся им и этим протяжным поцелуем, даже не заметив, как Юли оказалась на мне. Мои руки заскользили по её спине, по гладкой шелковистой коже, спустились ниже, на горячие бедра. Её прерывистое дыхание тонуло в моём дыхании. Наши губы ненасытно искали друг друга. Влекущее тело Юли было таким же опьянительным, как и запах её волос. Она, то замедлялась, то принималась неистовствовать на мне, и мне казалось, что сердце в моей груди вот-вот разорвётся от сладостной истомы. Кровь стучала в моих висках – гулко и тяжело, как удары вечевого колокола. Всё было, как в ночь нашей первой близости, перед моим бездумным и никому не нужным отлётом с Земли, когда нас ждала разлука. Тогда Юли показала мне всё своё искусство, почерпнутое в храмах Кхаджурахо – всё, на что была способна её душа и тело в отчаянном порыве удержать меня рядом с собой.
И вот сейчас я опять был за гранью блаженства. Лунный свет плыл у меня перед глазами, растворялся в волосах Юли, упавших мне на лицо. Я чувствовал каждый мускул, напрягшийся в её теле титаническими усилиями достичь сладостной вершины, и отдавался ей без остатка. Неистовая буря захлестнула нас обоих, кружа голову и отнимая разум. И как победоносный финал этой божественной симфонии прозвучал её крик, полный истомы безграничного наслаждения. Обессиленная, она упала мне на грудь, и лицо моё снова погрузилось в водопад её волос. Задыхаясь, я крепко прижал её к себе – вздрагивающую и прерывисто дышащую.
* * *
- Смотри, Максим! Она снова собирается куда-то ехать.
Хо осторожно тронул меня за руку, уступая место у окуляров перископа. Я прильнул к прибору, подстраивая резкость.
- Да, похоже... Что ж, пожалуй, сейчас самое время, чтобы познакомиться с ней поближе.
- Она не одна! - заметил Хо, продолжая наблюдать за виллой в обычный бинокль.
- Кто это с ней?
- Наверное, охранник...
- Ничего. Нам он не помешает.
Я быстро спустился вниз, где в кустах был спрятан магнитор. От особняка Наоки, через лес вела только одна дорога, поэтому разминуться мы никак не могли. И всё же я не стал поджидать её здесь, чтобы не вызвать ненужных подозрений. По моему плану всё должно было произойти совершенно «случайно» и «естественно». Поэтому я и выбрал крутой поворот дороги у скалистой гряды, километрах в пяти от её виллы. Всё вышло точно по моему плану. Я выехал ей навстречу в тот момент, когда наши магниторы уже не могли не столкнуться. Резко свернув вправо, я со всего маху врезался в огромный, как скала, валун на обочине. Викки застыла на сидении, словно окаменевшая. Она вцепилась обеими руками в штурвал управления, а её широко открытые голубые глаза, полные ужаса, следили за тем, как я выбираюсь из покорёженной машины, раздирая успевшую застыть полимерную пену, заполнившую салон магнитора. Чуть запоздавший в дороге охранник подкатил к нам в самый кульминационный момент этой красочной сцены, ловко подстроенной мной. Телохранитель Викки тут же бросился на меня с кулаками и ругательствами.
- Ты что ослеп? Куда прёшь, скотина? Не умеешь ездить, ходи пешком!
- Что? Это я-то не умею ездить? - нагло попёр на него я, отплёвываясь кусками пенополимера. - Да если бы эта юная леди не выехала на встречную полосу, я был бы сейчас уже далеко отсюда! А теперь посмотри, что она сделала с моей машиной! Кто мне заплатит за ремонт? А?
- Я тебе покажу, кто заплатит! Убирайся с дороги, осёл!
Охранник угрожающе двинулся на меня, но был удивлён, когда я без труда отбросил его назад лёгким толчком.
- Ну, парень, смотри! - рассвирепев, телохранитель кинулся на меня с кулаками.
- Сэм!
Громкий оклик хозяйки сразу же охладил его пыл.
- Оставь его! - властно приказала она. - Я действительно виновата, и он здесь не причём!
- Приятно видеть такую разумность в столь юной головке! - улыбнулся я ей, и наши глаза на мгновение встретились. Я окунулся в их бездонную голубизну, как-будто посмотрел в сияющее земное небо.
Викки убрала с лица волосы, сбитые ветром. Сказала, словно извиняясь:
- По этой дороге редко кто ездит... Я совсем не ожидала встретить здесь вашу машину.
Она открыла боковую дверцу своего магнитора и сделала мне приглашающий жест.
- Садитесь!
Я не стал заставлять себя долго упрашивать. Опустился рядом с ней на мягкое сидение, обтянутое лоснящейся на солнце красной кожей. Обернувшись, девушка небрежно кинула в сторону охранника:
- Ты свободен, Сэм! Сегодня я буду одна.
После того, как охранник, недовольно сопя, влез в свою машину и тронулся с места, Викки снова посмотрела на меня.
- Я причинила вам огорчение и хочу загладить свою вину. Куда вы собирались? Я отвезу вас.
- Очень любезно с вашей стороны. Куда я ехал? На побережье.
