Викки опустила глаза и молча, покачала головой. Мы с Хо переглянулись. Заметив наше замешательство, девушка негромко произнесла:
- Мне необходимо поговорить с отцом... - на этом слове она запнулась.
- Я бы не стал этого делать! - твёрдо сказал Хо.
С трудом, переставляя ноги, я подошёл к Викки. Заглянул ей в глаза.
- Ты должна поехать с нами! Пойми, ты здесь чужая…
Я окинул взглядом мрачную ограду, за которой осталась невосполнимая частичка моего сердца.
- Это не твой мир! Он погубит тебя... А мне не хочется, чтобы с тобой случилась беда!
Я крепко сжал её плечо. Она с благодарностью посмотрела на меня. Глаза её таинственно чернели в темноте, отражая свет звёзд... Совсем, как глаза Юли!
- Спасибо, Максим! - совсем тихо произнесла Викки, но тут же твёрдо добавила: - Я должна сказать ему обо всём сама! Это нужно мне... и ему тоже... Со мной всё будет хорошо, не волнуйтесь. Он не посмеет причинить мне зло!
- Ты его совсем не знаешь. Это страшный человек! - попробовал убедить её я, но Викки оборвала меня на полуслове и решительно подтолкнула к магнитору.
- Иди!
Ничего не оставалось делать, как подчиниться её желанию. Хо был больше обычного хмур и суров, но всё же не проронил ни слова. Он, молча сел за управление. Я уселся на сидение рядом с ним. В последний раз обернулся – тёмный силуэт девушки, подсвеченный луной, рисовался в проёме калитки, на границе высокой ограды. Через несколько минут она совсем исчезла, растворившись в ночной мгле.
* * *
Магнитор стремительно летел навстречу красной заре, затмевавшей живительный свет звёзд, угасавших на востоке одна за другой, без всякой надежды родиться снова. Прохладный ночной ветер сменялся сухим дневным жаром, обжигавшим мне лицо. Я ехал навстречу всходившему чужому солнцу, оставляя позади себя всю свою прошлую жизнь. Впереди была только неизвестность, в которой меня ждала лишь смерть. Но смерть не страшила меня. Душа и так была мёртвой. Все надежды, все мечты, все устремления рухнули, сгорели разом, и я стоял на этой печальной груде руин и пепла – одинокий и беззащитный. Кругом был чужой, враждебный мир, и от этого моё одиночество чувствовалось особенно остро. Единственная нить, связывавшая меня с этой жизнью – моя Юли – оборвалась, а с ней и сама жизнь потеряла для меня всякий смысл...
Но разум мой продолжал отчаянно бороться, не в силах смириться с этой ужасной правдой. Он требовал от меня отмщения за смерть моей любимой. Поэтому я мчался туда, где гнездилось зло, чтобы свершить справедливое возмездие. Нужно было добраться до Шэнь-Цян ещё до наступления утра, но я уже понял, что не успею сделать этого. Слишком много времени ушло на то, чтобы перехитрить Хо, чтобы уехать одному, не подвергая старика опасности. Этот человек и так сделал для меня очень много, вернул меня с того света и выходил после ранения, как собственного ребенка. Я был обязан ему своей жизнью и не хотел отбирать у него его жизнь.
Уже на подъезде к городу я заметил усиленные посты Службы безопасности и круто свернул с основной дороги, поехав в объезд. Но, оказавшись на окраинных кварталах, понял, что продвигаться дальше на магниторе будет небезопасно. Поэтому машину пришлось оставить. Улицы Шэнь-Цян поражали безлюдьем: не было ни привычных митингов, ни очередей за продуктами. Даже бродячих собак и тех здесь не было. Наглухо закрытые дома, пыльные, продуваемые ветром, улицы и вооруженные патрули в каждом квартале, встречи с которыми я старался по возможности избегать. Ветер трепал пыльные лозунги на домах, а грозная громада памятника первому вождю народов на главной площади города с какой-то обречённой неуклонностью указывала простёртой к небу ладонью в сторону, противоположную солнцу.
Именно здесь, на площади я столкнулся с очередным патрулём, от которого мне не удалось укрыться. Я прекрасно понимал, что меня могут искать. Но у меня было одно преимущество – мой враг считал меня мёртвым. К тому же сейчас у Ена хватало и других забот. Во всяком случае, удостоверение работника ОЗАР сработало и в этот раз безотказно. Старший патруля даже слегка вытянулся и почтительно козырнул мне, увидев кусочек фиолетовой пластмассы. Для пущей убедительности, я деловито осведомился об обстановке в городе, и услышав ответ, что всё спокойно, распорядился не терять бдительности. Распрощавшись со своими бывшими коллегами, я поспешно свернул на боковую улицу, по которой без проблем добрался до центра города, к зданию ОЗАР.
