Мои слова заставили Чена задуматься, но только на секунду. Затем он ранодушно покачал головой.
- Приказы такого содержания обратной силы не имеют. Извини, Максим.
Его рука скользнула под крышку стола. Двери кабинета распахнулись и внутрь вошли двое конвоиров с оружием наизготовку. Я понял, что спорить дальше бесполезно.
- Куда меня отправят?
-Тут, не далеко! - Ю Чен коротко усмехнулся. - Сдай своё оружие!
- У меня нет оружия.
Ю Чен сделал знак одному из конвойных. Тот быстро и проворно обыскал меня. Ничего не найдя, отступил на шаг. Скомандовал:
- Пошли!
Меня вывели во двор и втолкнули в один из зарешеченных фургонов. Дверцы за мной захлопнулись, и машина сразу же тронулась с места. В узкую щель на крыше фургона проникала полоса света, вздрагивавшая вместе с машиной на крутых поворотах дороги. Я поднялся с пола, сел на металлическую лавку у стены. Глаза постепенно привыкали к полумраку, царившему здесь. Я увидел, что вместе со мной в машине находятся ещё четыре человека. Двоих из них я мог хорошо разглядеть. На полу у стены фургона лежал молодой парень в изодранной рабочей куртке, с опухшим от побоев лицом. Время от времени он тихо стонал и держался рукой за грудь, как тяжелораненый. Второй – пожилой мужчина, с обрюзгшим лицом, рыхлой фигурой, большой головой и маленькими руками – сидел рядом со мной на лавке, и сочувственно смотрел на раненого парня, сокрушённо качая головой. Два других моих спутника сидели в тени у противоположной стены фургона и лиц их я не видел.
Около получаса мы ехали, молча, погружённые каждый в свои мысли. Потом пожилой придвинулся ближе ко мне, заискивающе и растерянно заглядывая мне в лицо.
- Вы понимаете, что с нами происходит? Нет?.. Я тоже не понимаю... - Голос у него был высокий и слегка дребезжащий. - Они говорят, что борются с каким-то заговором... По-моему, они сами не ведают, что творят.
- Бросьте! - раздался громкий сильный голос и из темноты в полосе света появился человек лет сорока – один из тех двоих, которых я до сих пор не видел. Судя по всему, он был довольно высок. Волевое лицо его обладало отменной мужской красотой, а открытый и твёрдый взгляд располагал к себе.
- Они знали обо всём с самого начала! - сказал высокий уверенно.
- Вы хотите сказать, что всё было заранее предопределено? - обречёно спросил пожилой, взглянув на собеседника, и покатые плечи его ещё больше поникли.
- Конечно! Вспомните, как они поступили с бывшим президентом? В сущности, он был вполне безобидным человеком, даже по-своему прогрессивным... А что они сделали? Расстреляли его и всю его семью на главной площади столицы! Им не нужны рядом умные и образованные люди!
- Да, - вздохнул пожилой и опять взглянул на меня. - А вас за что сюда, молодой человек?
- Не знаю... Я работал в ОЗАР, а мой начальник оказался предателем и пособником бандитов-наркоторговцев...
- Значит, вы один из них?
Тень отчуждения и сожаления промелькнула в глазах пожилого.
- Нет! Я не один из них! Потому что я землянин! Потому что они убили мою жену...
- Вы с Земли? - удивился пожилой. - Но ведь, тогда вы должны помогать им! А они вас сюда?
- Я и помогал им... Но, похоже, мы на Земле учим вашу историю не по тем учебникам! - грустно усмехнулся я. - Если бы только я во всём разобрался сразу!
- О чём вы говорите! - воскликнул высокий. - Мы сами не можем разобраться в том, что здесь происходит! Народ, стремившийся к свободе и равенству, обманут и ввергнут в нищету и унижение, лишённый всего, что имел раньше. А эти новоявленные революционные вожди с самого начала руководствовались только личной выгодой, стремясь к власти. Столько жертв, столько крови! И ради чего? Кто-нибудь из них хотя бы на секунду задумался об этом?.. Нет! Народ для них лишь инструмент, игрушка-марионетка для достижения алчных целей, личной выгоды!
Высокий замолчал, с горечью стиснув на коленях сильные пальцы. На некоторое время в фургоне снова воцарилась тишина, изредка нарушаемая стонами раненого парня, лежавшего на полу.
- Куда нас везут? - обратился я к пожилому.
- Кто же его знает! - удручённо вздохнул тот.
- В лагерь смерти! - сообщил высокий.
- В лагерь?
- Да. Они сгоняют всех недовольных новой властью – мятежников, как их называют – в специальные лагеря смерти. Я слышал, эти лагеря находятся где-то далеко от побережья и оттуда уже никто не возвращается... Всё это началось уже давно, ещё до этого пресловутого покушения. Таких лагерей существует очень много, по всей планете. В них людей содержат, как скот. Они умирают там сотнями через месяц-другой на тяжёлых работах или от голода и жажды... Разве ты не знал обо всём этом?
С лёгкой насмешкой высокий посмотрел на меня.
- Никогда не слышал о подобном! Я не занимался делами о «заговорах», которые так любил мой бывший начальник... Теперь-то я понимаю, почему он не ловил настоящих преступников!
Я горько усмехнулся, опёрся спиной о стенку фургона, глядя на крохотный кусочек синего неба в узкой зарешеченной щели под потолком. Некоторое время высокий молчал, внимательно всматриваясь в моё лицо. Затем протянул мне руку:
