Бесконечный полог леса простирался до самого горизонта, к всходившему над далёкой столицей солнцу. Люди из лагеря всё подходили и подходили к нам, с надеждой взирая на четвёрку землян, гордо стоявших у серебристой крылатой машины. Удивительно, как близки и дороги стали мне все эти люди, которых ещё недавно я совсем не знал. Я взглянул на твёрдый профиль старого Хо, на неказистое доброе лицо Кулака и мужественный лик Рэда Вана. Взгляды гивейцев тоже были устремлены на всходившее солнце. Лучи его мерцали в их глазах всполохами предстоящих битв. Теперь я знал, твёрдо верил, что ничто уже не сможет остановить нас, как ничто не в силах остановить рождающийся новый день.
Над планетой Гивея вставало солнце. Когда-нибудь оно станет солнцем свободы для всех этих людей, ведь они стояли лицом к нему, уверенно и бесстрашно встречая неведомое будущее. Наш небольшой отряд это лишь первый росток, из которого вырастет могучее древо освободительной армии гивейского народа. Эта армия проложит дорогу к новой жизни на этой многострадальной планете.
Юли взяла меня под руку, прижалась ко мне, заглядывая в глаза.
- Ты уверен?
- Да! Вместе мы – сила Земли!
Еврипид «Электра»
Гомер «Илиада»
Агни-Йога
Д. Мильтон «Потерянный рай»
- Камал!.. Проснись!..
Я с трудом очнулся ото сна, но глаза открывать совсем не хотелось. Наверное, было ещё очень рано. Подсознательно я чувствовал это.
- Камал! - снова позвал настойчивый женский голос.
Промелькнула радостная мысль: «Юли?.. Это же она!». И тут же пришло огорчение: «Нет, не может быть!». Юли сейчас далеко отсюда, в Шеньчжоу. Это в шестидесяти километрах на север, на берегу океана. И она не могла называть меня этим именем...
Похоже, я так и не проснулся до конца. Недовольно поморщившись, я попытался снова завернуться во влажную простыню, но журчащий, как горный ручеёк, женский голос не отпускал меня:
- Камал! Камал!
Я неохотно открыл веки. Надо мной склонилось смуглое, слегка вытянутое женское лицо: широкий лоб, высокие скулы, маленький твёрдый подбородок, пухлые губы. В чёрных миндалинах огромных глаз застыло любопытство, смешанное с ироничной весёлостью.
Вибха Дуян?.. Что она здесь делает?
Я порывисто сел на постели, удивлённо глядя на девушку. Она пришла в Тяньгун полгода назад, как и многие здесь, услышав о землянах, которые хотят сделать жизнь гивейцев счастливой, и осталась, помогая нам санитаркой в местной больнице.
Вибха подняла руку и провела тёплыми пальцами по моему лицу.
- Что ты делаешь? - изумился я.
- Ты был забавный, когда спал, - без тени смущения произнесла девушка нараспев.
- Что ты делаешь? - в замешательстве повторил я и пояснил, видя непонимание в её глазах: - Что ты делаешь здесь, в моём доме?
- Жарко. Ты весь вспотел. Я принесу воды, - вместо ответа, уверенно промолвила Вибха и гибко поднялась, направляясь в дальний угол комнаты.
На ней была короткая серая блузка, оставлявшая открытыми живот и бОльшую часть спины. Бёдра девушки прикрывала голубая свободная юбка, шелковисто шелестевшая в такт её плавным, словно танцующим шагам.
Солнце в окне озаряло Вибху алой дымкой, и одежда на ней почти не скрывала от глаз её тела. Остановившись около небольшого стола, грациозным движением моя незваная гостья собрала волосы с шеи и спины на левое плечо. Браслеты на её тонком запястье на мгновение вспыхнули ослепительными гранатовыми искрами и тут же погасли. Девушка взяла медный сосуд с водой, стоявший на столе, и так же неспешно вернулась ко мне, присела рядом на постель.
Обмакнув в воду длинные тонкие пальцы, она отёрла моё лицо, вдохновенно следя за своими движениями. Поставила сосуд с водой на пол и стала медленно склоняться ко мне, продолжая неотрывно рассматривать моё лицо.
Я без труда угадал её намерения и осторожно, но решительно взял Вибху за плечи.
- Нет. Не стоит этого делать.
- Почему? - искренне удивилась Вибха. - Я тебе не нравлюсь?
- Дело совсем не в этом. У меня уже есть любимая, и я не могу... Это будет нечестно. Извини.
