- Разве ты не можешь любить двоих? - изумилась девушка, выпрямляясь и кладя руки на колени.
В глазах её стояло неподдельное, почти детское недоумение.
- У моего старшего брата четыре жены, а у другого брата три любимых! - сообщила Вибха. - Только младший пока один, - вздохнув, добавила она.
- А сколько всего у тебя братьев?
- Четверо.
- Большая семья, - понимающе кивнул я и тут же отрицательно покачал головой. - Нет. У нас не принято иметь много жён. У каждого может быть только одна жена... Хотя это скорее не жена в вашем понимании, а любимая и друг. На Земле давно нет обрядности и всех тех условностей, которые заставляют мужчину и женщину быть вместе, когда их чувства уже угасли.
- Одна? На всю жизнь? - ещё больше удивилась Вибха.
- Ну, это как кому повезёт, - пожал я плечами. - Всё зависит от чувств и привязанности друг к другу. Если душевная близость проходит, иссякая, как вода в колодце, зачем обременять друг друга взаимными обязательствами? Нужно идти дальше самому и не мешать другому, дав возможность раскрыть себя, совершенствовать свою душу.
- Странно, - промолвила девушка.
- Что странно? - не понял я.
- Странно всё у вас... У нас женщина должна принадлежать мужчине – всегда!
- Нет. Наши женщины свободны и независимы. Вместе с мужчинами они летят в космос, отправляются в рискованные экспедиции, строят города и совершают научные открытия, творят шедевры искусства. На Земле женщина равноправный партнёр мужчины в том грандиозном труде, которым охвачена вся планета, она свободна в своих чувствах и в выборе. И это для неё самая увлекательная игра, которую только можно вообразить.
- А как же дети? - скорее не поняла, чем удивилась Вибха.
- Забота о детях с давних пор лежит на специальных людях, душевные качества которых позволяют им быть воспитателями, учителями и наставниками... Но это вовсе не означает, что у нас нет больше семьи, - добавил я. - Есть, только она шире традиционной, такой, как у вас. Наша семья – это всё человечество и в ней отношение с ребёнком прямое, неопосредуемое женой или мужем.
Некоторое время Вибха молчала, глядя в пространство перед собой и что-то обдумывая. Затем снова посмотрела на меня.
- Значит, ты отвергаешь меня?
- Почему бы тебе не найти себе другого избранника... сердце которого свободного от чувств к другой женщине? - осторожно предложил я ей. - Кого-то из местных, из гивейцев.
- Но мне нравитесь вы, земляне, - откровенно призналась девушка. - Вы как боги: такие необыкновенно красивые и такие далёкие от нас!
- Ты ошибаешься. Мы вовсе не боги. И у нас с тобой не так уж много различий.
- Нет. Я часто слышала, что Бог спускается на землю в облике человека, чтобы помочь кому-то. Здесь я увидела это своими глазами... Для меня вы – боги! Я хотела бы иметь мужа-землянина, иметь от него много детей. Это было бы здорово и мне бы все завидовали, - призналась Вибха и мечтательно посмотрела куда-то под потолок.
Я усмехнулся. Полушутливо предложил:
- Ну, тогда ты можешь поискать свою любовь и среди землян. Их много на Гивее и, думаю, сердца некоторых свободны... Вот, например, Дев, - вспомнил я о своём друге. - Возможно, он нуждается в подруге, такой, как ты.
- Твой друг? - оживилась Вибха и, после некоторого раздумья, подтвердила: - Он хороший... Да!
Глаза её загорелись радостным ожиданием.
- Хорошо, я пойду к нему. Спрошу, любит ли он меня, - сообщила она, порывисто вставая и направляясь к выходу. Уже на пороге, она обернулась и с грустью посмотрела мне в глаза.
- Но ты для меня всё равно лучший. Я люблю тебя!
Опустив ресницы, Вибха быстро выбежала из комнаты.
Я откинулся на подушке, вздохнув с облегчением. Подумалось: «Наверное, зря я сказал ей о Деве? Будет жаль девушку, если он тоже ей откажет... Впрочем, как знать. Возможно...».
Я прикрыл лицо рукой. Ладно, не стоит больше фантазировать на эту тему. Дев Рошан сам во всём разберётся. Правда, ещё со времён нашей учёбы в Школе ОСО, он всегда любил сверять свои эмоции с моими эмоциями. Наверное, от того, что мы с ним стали тогда так близки, что чувствовали себя родными братьями...
Святое небо! Сколько же времени прошло с тех пор! Как давно были эти годы – годы нашей юности, полные радостных ожиданий и смелых надежд! Тогда, на выпускном, мы все расставались навсегда. Мы даже не подозревали, что судьба сведёт всех нас ещё не раз на долгом жизненном пути. Но вот с Девом нам суждено было увидеться только сейчас, спустя пятнадцать лет с того памятного дня. Всего месяц назад я даже и не подозревал, что случайно встречу его на одной из пыльных дорог отдалённой южной провинции Гивеи.
Заматеревший, потрёпанный судьбой, он совсем не был похож на того наивного светловолосого юношу, который стоял рядом со мной в одной шеренге, слушая последние напутственные слова наставников Школы. Но его глаза были прежними – тёмные, словно спелые вишни, они хранили в себе всё туже юношескую веру в непобедимую силу добра. Это были глаза мечтателя и романтика.
