– Благодарю, сэр, нет, – прервал его инспектор. – Мы должны успеть еще в одно место.
Инспектор Найт и репортер попрощались и ушли. Девушка, сияя, повернулась к сэру Уильяму:
– Я так рада, дядя!
– Чему именно, дорогая?
– Инспектор попросил меня помочь – значит, он не сердится на меня за то, как я… ну, как я отличилась в прошлый раз.
Не далее как месяц назад Патрисия чересчур решительно взялась за самостоятельное расследование и едва не стала жертвой убийцы. После этого инспектор и дядя взяли с нее обещание никогда больше не вмешиваться в дела полиции.
– Значит, он мне доверяет! Считает, что я больше не наделаю глупостей!
– Хм, – сказал на это пожилой джентльмен и потянулся за газетой, – если это так, то я бы на его месте не был столь оптимистичен.
Инспектор Найт и Джек Финнеган обогнули шарманщика с обезьянкой на плече и стайку танцующих вокруг него детей, миновали уличного сапожника, рядом с которым скучал человек в одном ботинке, и остановились у дома номер шестьдесят пять по Тафтон-стрит. Знакомое крыльцо пустовало. Неподалеку возились мальчишки, бог знает что выуживая из сточной канавы, но приметного рыжеволосого Джонни среди них не было видно. В конце дома прислонился к стене сонный подросток, у ног которого стояла кастрюля, прикрытая выцветшей тряпицей. Репортер окликнул его:
– Эй, ты не видел здесь старичка, что читает детям книжки?
– Купите у меня пирожки – тогда скажу, – очнулся тот. – С мясом.
– С мясом! – скептически фыркнул газетчик. – Готов поспорить, что твои пирожки еще недавно мяукали.
– Они еще горячие, мама только-только испекла, – заявил подросток так убежденно, словно этот аргумент отметал любые сомнения в высочайшем качестве его товара.
– Так уж и быть, давай. Но только попробуй меня обмануть!
– Будьте внимательны, – предупредил своего спутника инспектор.
Он поднялся по ступеням и собрался постучать, но дверь вдруг распахнулась и изнутри боком, обнимая огромную корзину с влажным бельем, вышла усталая женщина. Найт посторонился и спросил:
– В этом доме живет доктор Моррис?
– Никакие доктора тут не живут, – равнодушно ответила та.
Инспектор описал ей внешность старичка. Прачка неожиданно улыбнулась, опустила на крыльцо свою ношу, поправила загрубевшей рукой вылезшие из-под чепца волосы:
– А! Дедушка Найджел! Это который детей учит руки мыть и все такое. Книжки им читает, а картинки там – жуть кромешная! Ну, да дети любят страшное, не боятся. А я не против – он безобидный, мы к нему привыкли. Мои так и крутятся возле него, когда он приходит.
Финнеган между тем продолжал вести переговоры с юным уличным торговцем и уже стал обладателем трех пирожков с начинкой загадочного происхождения.
– Как нам его найти? – спросил инспектор.
– Не имею понятия, – пожала плечами женщина. – Где живет – не знаю, просто приходит, когда ему хочется.
Она рывком подняла тяжелую корзину и потащила ее за угол дома, в скверик, где между деревьями были натянуты веревки.
– А теперь отвечай на мой вопрос, – потребовал Финнеган.
– Не видел я никакого старичка! – победно выкрикнул подросток, подхватил свою кастрюлю, отбежал на безопасное расстояние, после чего обернулся и показал язык.
– Ах ты, шельмец! – беззлобно крикнул газетчик.
– Все по-честному – на вопрос-то я ответил!
– Да уж, не придерешься… В следующий раз я тебя заставлю съесть твой пирожок на моих глазах, так и знай!
– Неудача, – спустившись с крыльца, сказал инспектор. – Идемте, заглянем в местный полицейский участок, попросим разыскать этого Найджела Морриса.
По дороге Финнеган зашвырнул купленные пирожки в подворотню, где они тут же стали предметом ожесточенного спора жилистых уличных котов.
Через полчаса репортер, поднимаясь вслед за Найтом в омнибус, сунул руку в карман и воскликнул, ошеломленный:
– Черт! У меня стянули всю мелочь!
– Так и быть, прокатитесь за счет Столичной полиции, – ухмыльнулся инспектор. – А ведь я вас предупреждал.
– Я подумал, вы говорите о пирожках…
– Заберемся наверх, там не так душно.
Инспектор, которого уже начал утомлять его словоохотливый спутник, предложил это не только ради относительно чистого воздуха. На империале пассажиры сидели на двух скамьях, расположенных спинками друг к другу, и упирались ногами в ограждение. Если повезет и рядом свободных мест не окажется, то разговаривать будет невозможно. Однако Найту не повезло: когда они поднялись по чугунной лестнице наверх, пустовали два крайних места. Усевшись, Финнеган немедленно развернулся, готовый начать беседу. Тогда инспектор демонстративно достал блокнот и принялся его перелистывать. Некоторое время газетчик беспокойно ерзал на сиденье и наконец не выдержал.
– Послушайте, – зашептал он на ухо инспектору, – что за преступление вы расследовали в Борнмуте? Вам помогали мисс Кроуфорд и ее дядюшка, не так ли? Как я понял, вы уже не раз работали вместе. Вы мне про это расскажете?
– Нет, – коротко ответил Найт
– Как?!
От растерянности репортер невольно дернулся и задел ногой своего соседа, тучного джентльмена в летах; тот возмущенно засопел. Финнеган не обратил на это внимания.
– Вот так, просто «нет» – и все?!
