Вначале она быстро вызвала часовой флер — табакерку окутал шлейф из разноцветных цифр. Потом достала медальон-тиккер, раскрутила его и лишь тогда начала осторожно отматывать время — уходить в прошлое вещи. Вскоре появились первые теневые картины: вот какая-то молодая красивая женщина в пышном платье дарит табакерку самому Родиону Хардиусу, а он в ответ целует ей руку… А вот он сам выкидывает табакерку в окно, разбивая красивый витраж… А вот часовая мастерская — наверное, табакерка поломалась при падении…
— Кстати… — призадумался Фэш.
— А может и в правду при падении. — поддакнул с ним Марк.
— А может даже и при полёте? — дополнила Захарра.
— Нет. — возразила Диана. — Уж точно не во время полёта.
— Да, во время падений! — решительно произнесла Дейла.
— Наверняка. — обнял её Ярис.
— Но что — то всё это странно. — прищурился Рэт.
— Ух, какие дети любопытные! — засмеялся Нортон.
— Это точно. — кивнул Миракл.
Василиса гордо оглянулась на прадеда, но тут же поникла: судя по всему, Родион Хардиус был страшно недоволен. Он гневно сощурил светло-зеленые глаза и лишь качал головой, изредка неодобрительно цокая языком.
— Неужели в ваше время совсем забыли о часовом флере? — Он раздраженно вздохнул. — Первая серьезная ошибка — ты действуешь на расстоянии. Если вещь маленькая — надо просто сжать ее в ладони, вращая тиккер непосредственно над ней. Тогда часовой флер сможет проникнуть в самую душу вещи!
— Мне об этом никто не говорил, — озадаченно протянула Василиса. — Но я только начала использовать тиккер, поэтому…
— Думали, что ты сама догадаешься. — пожал плечами Миракл. — Хотя… Я даже забыл об этом сказать.
— Ну ты и лох! — хмыкнул Нортон. — Мог и мою дочь чуть не убить.
— Это уж точно…
— Но что самое неприятное, — беспардонно перебил Родион Хардиус, — самые правильные мантиссы давно убежали.
— Что, простите? — опешила Василиса. — А разве они… бегают?
Родион Хардиус посмотрел на правнучку таким уничижительным взором, словно она поинтересовалась у него, какую форму имеет Земля.
— Я так смотрю, эти умники страшно осторожничают, — пробормотал он как бы для себя. — Боятся, боятся часового флера, как и ранее… Ну что ж, мы сейчас немного попутаем им карты.
— Азахха, прощайте мантиссы! — хихикнула Эсмина.
— В добрый путь, как говорится! — дополнил Фэш.
— В дальний! — поправил его Норт.
Он вдруг стремительно шагнул к Василисе, схватил ее за руку и прокрутил вокруг себя, словно в танце.
— Стой рядом! — приказал он. — И ни шагу в сторону, что бы ни случилось. Внимательно смотри, дорогая правнучка. Смотри и запоминай! Сейчас мы найдем твою вторую сущность. Или, попросту говоря, личину.
Василиса напряженно застыла на месте, готовая к любому повороту событий. В глубине души она, конечно, доверяла Родиону Хардиусу, все-таки родственник. Но, учитывая «криминальные» страницы его биографии…
— Я не понял! — засмеялся Родион. — Ты считаешь, что я что — то тебе сделаю? Ты же моя внучка. Не собираюсь я ничего с тобой сделать.
— Я просто сильно переживала. — ответила Василиса.
— А с отцом ты как жила? Он конечно не такой криминал, как я, но всё же тот ещё коварный тип.
— Не знала о его жизни. Даже, если узнала, мне было всё равно.
Нортон лишь тяжело вздохнул, ничего не сказав.
Встревоженно зашипели огни свечей — затрепыхались, словно от порыва сквозняка. Родион Хардиус сильно хлопнул в ладоши: вокруг него и Василисы со страшной скоростью закружился разноцветный вихрь, в едином движении похожий на непрерывное кольцо. Неожиданно движение кольца замедлилось, и Василиса с огромным удивлением распознала в нем признаки часового флера! В кольце, словно в некоей туманной галактике, летели часовые стрелы — золотые, бронзовые, черные, гладкие ажурные… Попадались и цветные — ярко-красные, синие, белые… Через какое-то время перед глазами пораженной Василисы проплыли самые настоящие карманные часы — круглые, с золотой гравированной крышкой, а за ними — стайка крохотных металлических шестеренок.
— Что, удивлена? — спросил прадед, продолжая следить за непрерывным движением флера. — Да, правнучка, я тоже наделен этим ужаснейшим даром… Как видишь, мой флер немного другого свойства — не цифры, как у тебя, а механические детали, в основном стрелы. Благодаря часовому флеру, я могу поворачивать Время в любую сторону… Впрочем, не будем отвлекаться.
— Афигеть… — на одном дыхании произнёс Лёшка. — Да я также хочу!
— Мечтать — не вредно. — коварно улыбнулся Марк.
— Хотя… Чё мне это жизнь часовщика?
— О, другое дело. Узнаю нашего Лёшку.
— Угу.
Где-то в шкафу громко стукнула дверца. Василиса не выдержала, скосила взгляд и тут же ахнула в изумлении: с самой верхней полки к Родиону Хардиусу полетела пестрая лента игральных карт. Вся колода, промелькнув над головой девочки, плавно влилась в круг и тут же завертелась, подхваченная водоворотом флера.
Родион Хардиус вновь хлопнул в ладоши — и движение флера замедлилось. Теперь можно было разглядеть любой проплывающий предмет — стрелу, карту или часы.
— О. — хмыкнул Ник.
— Наконец-то! — похлопал в ладошки Рознев.
— Получилось! — добавила Диана.
