Старший брат, воинственный и бравый, попросил у Смерти волшебную палочку, самую могущественную, такую, которая помогала бы побеждать в каждом поединке, такую, какой достоин победитель самой Смерти. Смерть согласилась. Отломив от куста бузины ветку, она сделала из неё волшебную палочку и отдала старшему из братьев.
Второй брат был гордецом. Захотев ещё больше унизить Смерть, он попросил возможность возвращать к жизни умерших, тех, кого Смерть уже забрала. На эту просьбу Смерть спокойно подняла камешек с земли и отдала его второму из братьев, сказав, что камень этот может возвращать мёртвых в царство живых.
Младший брат был скромным, но в то же время самым мудрым из троих. Не доверяя Смерти, он попросил у неё такую вещь, которая поможет ему уйти от реки живым и скрываться от Смерти. Недовольна была Смерть, но изменить что-либо уже не было возможности. И отдала она свою мантию-невидимку третьему из братьев.
Отойдя в сторону, Смерть позволила братьям уйти. Обсуждая, чей же дар оказался лучше, братья повздорили, и в скором времени пути их разминулись.
Старший брат путешествовал неделю, а может больше. Наконец, судьба привела его в деревню, где жил волшебник, с которым он когда-то повздорил. Старший брат вызвал его на дуэль, состоялся поединок. Конечно же, победу одержал старший брат, ведь у него была бузинная палочка, палочка, подаренная самой Смертью! Оставив тело мёртвого врага валяться на земле, он пошёл в паб и, напившись, стал хвастать, какая могущественная у него палочка и что никто не сможет победить его с ней. Позднее к нему, пьяному вдрызг, в комнату проник вор. Украв палочку, он исчез, напоследок перерезав старшему брату горло.
Так Смерть забрала первого брата.
Средний брат тем временем вернулся к себе домой, где жил в одиночестве вот уже несколько лет. Взял он в руки камень, подаренный Смертью, положил на ладонь и повернул три раза. И — о чудо! — стоит перед ним девушка, на которой он когда-то мечтал жениться, да только вот умерла она. Но была она бледна, холодна и глубоко несчастна. Хоть и вернулась она в мир живых, но не было ей здесь места. Постоянно что-то отделяло её от среднего брата, постоянно стояла между ними какая-то преграда. Не выдержав тоски и безнадёжной любви, средний брат убил себя для того лишь, чтобы быть с любимой в мире ином.
Так Смерть забрала второго брата.
Третьего брата Смерть искала много-много лет, но так и не могла найти до тех пор, пока он сам не снял мантию-невидимку, передав её своему сыну.
— Встретил младший из братьев Смерть как старого друга и по своей воле пошёл с ней, и ушли они как равные из этого мира, — раздался за спиной Ала голос, холодный, тихий, но резко прорезавший тишину, словно нож — масло.
Альбус стремительно обернулся, и Гарри проследил за его взглядом.
В дверях, скрестив руки на груди, стоял высокий парень в чёрных майке и брюках с забранными в хвост светлыми волнистыми волосами. Хотя Поттер никогда и не видел его до этого вживую, узнать было не трудно: это был Лер.
— Какого чёрта происходит, хотел бы я спросить? — всё так же тихо и всё так же внушая чувство опасности, спросил он.
— Лер! — Ал вскочил на ноги и, практически подлетев к нему, повиснул у него на шее. — Я думал, вы вернётесь завтра!
— Планы поменялись, — расцепив-таки руки, Лер крепко прижал Ала к себе, не сводя с Поттера напряжённого взгляда тёмно-серых — совсем как у Батильды — глаз. Этот взгляд определённо не был дружелюбным или приветственным. Пренебрежительный, злой, выказывающий превосходство… и безумно ревнующий. — У тебя кровь на шее и плече. Ты ранен? — отведя взгляд от Гарри, Лер начал обеспокоенно осматривать тело Дамблдора на наличие ран.
— Нет, — засмеялся Альбус. — Это не моя. У нас тут было небольшое происшествие. Всё, слава Мерлину, обошлось.
У Лера был такой взгляд, словно он не был рад тому факту, что «всё обошлось». Снова вперив взгляд в Поттера, он повторил свой вопрос:
— Какого чёрта происходит, Ал? Ты его уже домой притащил? — прошипел он.
— Эй, спокойствие, — возмутился Дамблдор, нахмурив брови. — Немножко больше терпения и уважения прежде всего ко мне!
Лер глубоко вздохнул, будучи явно не намеренным сдаваться. Альбус, закатив глаза, схватил его за руку и подвёл ближе к дивану, на котором лежал весь напрягшийся до невозможности Гарри.
— Лер, это Гарри, гость в нашем доме, но самое главное — мой друг. Надеюсь, ты понимаешь это, — Дамблдор сжал его руку сильнее, впиваясь ногтями в кожу: чтобы неповадно было ляпнуть что-нибудь грубое и неприличное. Очаровательно улыбнувшись, он продолжил: — Гарри, это Лер, я тебе о нём рассказывал, помнишь? — Лер громко фыркнул, выражая тем самым презрение и возмущение. Альбус сжал его руку ещё сильнее. — Кхм, что-то как-то не по статусу. В общем, Гарри Эванс — Геллерт Гриндевальд. Приятно познакомиться и всё в том же духе.
