Гарри вяло усмехнулся. Это как, комплиментом было считать или оскорблением? Джентльмен был лет семидесяти, дряхлый и — нехорошо, конечно, так думать — уже стоявший одной ногой в могиле, но невероятно дорогой костюм, цацки, молодая жена, которая была младше его почти в три раза, и выражение «я — бог, а вы — ничто» на лице, делало всю эту картину до ужаса смешной и жалкой. Так, снова задался вопросом Гарри, комплимент или же оскорбление?
Возвращаться в дом Дамблдора откровенно не хотелось. Да, Поттер даже не был прочь уйти с работы, прийти домой, упасть на кровать и проваляться в тёплом и уютном домике из одеял и подушек так долго, сколько потребуется, чтобы вновь чувствовать себя полноценным человеком. Но не в дом Ала. Нет, против самого дома он ничего не имел, но там был… ну, во-первых, человек, явно бывший не в восторге от его пребывания там, ядовито-вежливый, грубо-правильный, холёно-невыносимый, между делом, кстати, Тёмный Лорд, пусть и будущий, но это уже были мелочи. Во-вторых же, Гарри всё ещё не знал, как следовало себя вести. Вежливо и отчуждённо? Мило и не вызывая каких бы то ни было возможных подозрений? Терпеливо? Чёрт, может, легче было вообще притворяться идиотом? Ну, он пытался. Вспомнив утренние жалкие попытки найти общий язык с Гриндевальдом и правильный подход к нему же, Поттер зажмурился. Он, скорее всего, выглядел просто ужасно, да даже не скорее всего — так и было. Да ещё и некстати ляпнул про парселтанг… А он-то уже было подумал, что терпение и сдержанность стали ему почти родными. Чёрт.
— А может, ты просто не хочешь возвращаться в дом Дамблдора? — промурлыкала Лидия, подозрительно близко приблизившись в Гарри. — Неужели есть что-то такое, что смущает тебя?
— Что же это может быть? — Поттер приподнял брови.
— Даже не знаю, — прищурилась Лидия. — Так нет? Я не права?
— Не права, — спокойно согласился Гарри. Чего ему там смущаться? Ну, разве что вполне себе устоявшихся отношений и Геллерта Гриндевальда. Так, мелочи.
— Тогда давай, — она хитро опустила ресницы, пытаясь скрыть ликование, — иди. И не приходи, пока полностью не вылечишься.
Гарри покачал головой. Его что, выгоняли? Прекрасно. Даже слишком прекрасно.
Стащив фартук через голову, Поттер направился было к кладовой, но Лидия остановила его, придержав за локоть.
— Не переживай, — сочувственно обронила она и ухватилась за фартук. — Давай мне, я сама унесу. А то вдруг ты случайно потеряешься и не доберёшься до дома.
— Какая ты заботливая, — сквозь стиснутые зубы бросил Гарри. Нет, Лидия, конечно, была хорошей девушкой и всё такое, но она начинала его слегка раздражать.
— Как тебе со мной повезло, — спокойно и даже, вроде как, на полном серьёзе отозвалась она.
Поттер постарался состроить недовольное лицо, но ничего не вышло. Бросив тщетные попытки казаться серьёзным и внушающим трепет, он махнул рукой на прощание и вышел из кафе, брякнув напоследок колокольчиком.
Облезлые кошки, как только он завернул за первый попавшийся угол, маленькими вопящими метеоритами повыскакивали из мусорных баков и унеслись в разных направлениях, причём особо удачливые даже успели захватить кое-какие объедки, как, например, рыбий скелет или кость, непредусмотрительно оставленную псами. Не обращая на них никакого внимания, Гарри быстро огляделся. Никого не было, что, в общем-то, его не удивило: был седьмой час после полудня, когда все более-менее приличные люди уже сидели по домам, а более-менее неприличные ещё и не планировали высовывать на улицу носа. Собрав последние силы, чтобы сконцентрироваться (расщепиться где-нибудь по дороге в Годрикову Впадину, например, в самом центре Лондона или того хуже — в какой-нибудь глуши, вовсе не хотелось), Гарри аппарировал прямо на порог дома Ала.
Тихо отворив дверь, он зашёл внутрь и так же тихо её закрыл. Лучше было бы, решил Поттер, осторожно пройти в спальню, никому не попадаясь на глаза. Если Альбус заметит его, у него сразу же возникнут вопросы, он начнёт переживать, беспокоиться, а тогда… ну, в общем, Гарри просто хотел спокойствия, а не постоянного внимания. Оставалось только незамеченным пройти мимо кухни и гостиной, из которых открывался отличный обзор на большую часть прихожей и лестничные пролёты.
Ступая чуть ли не на цыпочках, Поттер прошёл чуть вперёд и заглянул на кухню. Никого не было. Это хорошо. Так же тихо он развернулся и, подойдя чуть ближе, заглянул в гостиную в надежде, что и там никого не окажется, а Альбус с Геллертом будут где-нибудь наверху, а ещё лучше — вообще вне дома.
Все надежды пошли прахом и… О Мерлин! Лучше бы он остался на работе! Под бдительным и сверлящим взглядом Лидии он чувствовал бы себя намного, намного уютнее, чем стоя здесь и глядя на вальяжно сидевшего на диване Гриндевальда и разместившегося прямо верхом на нём Ала, нежно и чувственно целовавшего его.
