Будучи больше не в силах сидеть посередине и наблюдать за этим… эм-м-м… ну, за тем, как Ал, словно зачарованный, замер и как-то странно наблюдал за движениями Гриндевальда, за самим Геллертом, двигавшимся медленно и плавно, но от этого не менее неумолимо, как вода в реке, за каким-то странным напряжением, сковавшим не только их двоих, но и отчего-то его самого, Гарри вскочил на ноги. Снова стать свидетелем этого… этого… кхм, в общем, нет, не хотелось.
— Ты куда? — тут же встрепенулся Ал, мгновением позже переведя на него испытующий и слегка дезориентированный взгляд.
Гарри раздражённо закатил глаза. Действительно, куда он мог направиться в пятницу в начале седьмого? Хм, может, на работу, как все нормальные люди?
— Вы тут развлекайтесь, не буду вам мешать, — Поттер старался, чтобы его голос звучал весело и легкомысленно, но пробивавшаяся в нём обида могла затопить Годрикову Впадину не хуже какого-нибудь всемирного потопа.
— Что? — Дамблдор пару раз моргнул и нахмурился.
Гарри же быстрым взглядом скользнул по Гриндевальду, чтобы посмотреть на его реакцию. Его ожидания не оказались необоснованными: Геллерт, плотно сжав губы, глядел прямо на него — исподлобья, злобно и яростно. Поттер, сам того не осознавая, прищурился и приподнял подбородок. Он не знал да и не желал знать, на почве чего Геллерт так его невзлюбил и за что он боролся, но сдаваться Гарри не собирался. С такими, как Гриндевальд, он никогда не мирился и мириться ни сейчас, ни в будущем не собирался.
— Работа, Альбус, — нетерпеливо пояснил Гарри, снова поворачиваясь к Дамблдору. — Ну, удачи вам, что ли.
Скользнув пальцами по плечу Ала (просто прощание, ничего особенного, никакого желания коснуться Дамблдора или позлить Гриндевальда), Гарри уже направился к выходу, но почувствовал мягкую, но крепкую хватку пальцев Альбуса на своём запястье.
— Ты не был там три дня, — непонимающе заметил Дамблдор. — Разве тебя ещё не… эм, уволили?
— Ну спасибо, Ал! — вырвав руку, возмутился Поттер. На самом деле, его и самого это жутко беспокоило, но ведь Лидия велела ему не возвращаться, пока полностью не поправится. Подобная формулировка сама по себе значила, что вернуться он всё-таки мог… или нет? В любом случае, оставалось только надеяться, что она смогла его прикрыть перед мистером Гэмптоном. — Всегда знал, что на тебя можно положиться!
— Ладно, ладно, я не то имел в виду, — поспешно поправил себя Альбус. — То есть если тебя три дня уже не было, четвёртый ведь всё равно ничего не изменит.
— Ещё как изменит! — хмыкнул Поттер. — Чем дольше я не буду работать, тем дольше я не уеду.
Оба — и Дамблдор, и Гриндевальд — встрепенулись, у обоих на лицах появилось до ужаса воодушевлённое выражение, сияющее и радостное. Раздавшиеся в одно и то же мгновение тихое и проникновенное «Пусть идёт!» и громкое и весёлое «Тем более оставайся!» заглушили одно другое, и Альбус и Геллерт вперили друг в друга неодобрительные взгляды.
— Останься, — всё так же не спуская с Гриндевальда взгляда, попросил Ал. — Лер шутит, конечно же. Да ведь, Лер?
Снова эти игры в гляделки! Для Гарри это по-прежнему казалось странным и диким, каким-то сокровенным умением, доступным лишь ограниченному кругу избранных. И вот таким избранным Поттер вовсе не был против быть. В этом умении хотя бы польза была, не то что… Тем временем Геллерт откинулся на спинку стула и, скрестив руки на груди, спокойно улыбнулся, глядя Гарри прямо в глаза.
— Верно. Это у меня такой своеобразный юмор. Не обращай внимания, Гарри, — его имя он произнёс с какой-то издевательской протяжностью. — Оставайся, конечно же. Ведь будет весело. Устроим, к примеру, орги… Эй! Больно же! — недовольно зашипев, Гриндевальд перевёл удивлённый взгляд на Альбуса.
— Ой, извини, это была твоя нога? — миловидно улыбнулся Дамблдор и едва заметно пожал плечами. — А я думал, кот.
— Какой кот, Ал? — сквозь стиснутые зубы пробурчал Геллерт, просунув руку под стол и потирая ушибленное место. — У нас же нет кота.
— Правда? — удивлению Ала — и если бы Поттер так хорошо не знал его, он бы и не догадался, что оно было наигранным, — не было предела. Задумчиво почесав щёку, он выдал гениальную мысль: — Так вот почему я попал по твоей ноге! У нас же просто нет кота!
— Альбус, — на лице Гриндевальда с переменным успехом сменяли друг друга терпение и раздражение. Следить за этим было до того забавно, что Гарри, до этого наблюдавший за всей этой сценой молча, чуть ли не затаив дыхание, прыснул, — скажи ещё теперь, что нам нужно завести этого чёртового кота!
Как бы Гарри ни хотелось увидеть, чем всё это закончится, но сейчас был лучший шанс уйти, оставшись незамеченным.
— Гарри, я всё вижу, — едва он сделал один крошечный шаг, Альбус выпрямился и, всё так же глядя на Гриндевальда, ответил: — Да. Геллерт, я хочу кота!
— Серьёзно? Может, сразу тогда зоопарк заведём?
— Нет, я хочу только кота. Пока что. Гарри, стой, никуда ты сегодня не идёшь!
— Что?! Ещё как иду! Ты не можешь вот так вот взять и запретить…
— А я не хочу кота! Он мне ни за каким не сдался! Я и без него скоро сойду с ума…
