Он был небольшим, как и все комнаты в приюте, скорее всего. Большую его часть занимал деревянный стол, где аккуратно умещались целые кипы листов бумаги. Рядом с этими стопками неприметно стояла чернильница, и лежало несколько гусиных перьев. Стулья — их было всего два: тот, на котором сидела миссис Картер, и тот, на котором сидел он сам — и кресло были обиты выцветшим красным бархатом. Тяжёлые шторы — сейчас они были задёрнуты — тоже были красными. По углам висели такие же, как и в коридорах, лампы. Они разгоняли полумрак, царивший в комнате, и освещали её приглушённым светом, но этого явно было недостаточно. Справа от входа была дверь, ведшая, скорее всего, в спальню. Она, в отличие от входной, была простой, такой же, как и в других комнатах.
Рассматривая кабинет, Гарри немного задумался и не заметил, как миссис Картер подошла к нему, поэтому, когда повернул голову и увидел чёрную ткань её платья прямо перед своим носом, он чуть не выхватил палочку и не оглушил женщину. У Пожирателей, знаете ли, тоже мантии чёрные, и двигаться бесшумно они тоже умеют. Но он вспомнил, где и с кем находился, и поднял взгляд на миссис Картер. Её синие глаза внимательно смотрели на него.
— Держите, мистер Эванс, — она протянула ему сложенный вчетверо лист бумаги, который он, благодарно кивнув, взял. — Надеюсь скоро увидеться с вашим профессором.
Гарри кивнул. Похоже, его вежливо выпроваживали: такие фразы — явный намёк на то, что разговор окончен и что время на тебя больше тратить не собираются. Он поднялся со стула и пошёл к двери.
— Да, мистер Эванс, — на пороге нагнал его голос миссис Картер, — надеюсь, в дальнейшем вы будете соблюдать правила. Вход на второй этаж только с разрешения персонала и девушек и не позже семи часов вечера.
— Да, мэм, — отозвался он, — конечно, мэм.
Он вышел.
«Чёрт! Я просидел там целую вечность! Я опаздываю!» — мысленно простонал он.
«Так беги. Что встал-то посреди коридора?» — ответил внутренний голос, у которого никто и не спрашивал совета. Но совет, вынужден был признать Гарри, был полезным, и он побежал.
На повороте он столкнулся с девушкой, да так, что та стала падать. Но не зря Поттер был одним из лучших ловцов своего столетия: он успел поймать её и, извинившись, кинулся пулей на третий этаж. Все двери там были распахнуты настежь, и юноши и мальчики носились из комнаты в комнату, будя тех, кто ещё не проснулся, натягивая по пути на себя рубашки и стремясь занять очередь в ванную. Казалось бы, никто в такой суете и не заметит ещё одного несущегося сломя голову парня, но нет. Как только Гарри появился в коридоре третьего этажа, время как будто бы остановилось: все замерли и уставились на него, шум голосов стих. Поттер, не обращая на это внимания, добежал до комнаты с номером 21 и аккуратно закрыл за собой дверь (а то вдруг и она развалится — здесь уже без свидетелей не обошлось бы). После того как дверь закрылась, в коридоре некоторое время ещё царила тишина. Но вскоре высокий блондин в расстёгнутой рубашке хмыкнул и пошёл вниз, на первый этаж. Остальные последовали его примеру.
Когда дверь закрылась, Гарри взмахнул палочкой и прошептал:
— Темпус.
05:54
Он снова взмахнул палочкой, и светящиеся цифры исчезли.
Сова всё так же сидела на подоконнике и, кажется, дремала. Двумя широкими шагами Гарри приблизился к окну и легонько потрепал птицу по голове. Та встрепенулась и недовольно уставилась на Поттера снизу вверх. Гарри показал ей лист с адресом. Она в то же мгновение подняла правую лапу, требуя поскорее привязать к ней письмо. Наверное, она была счастлива наконец-то убраться от неблагодарного, невежливого человека, каким оказался Гарри Поттер. «Нет, — поправил внутренний голос, — Гарри Эванс, не Поттер». Гарри свернул лист в трубочку и, привязав его к лапе совы, снова открыл окно. Дождь всё ещё нещадно хлестал, но сова, не обратив на него никакого внимания, улетела, в последний раз одарив его недружелюбным взглядом. Закрыв окно, Гарри кинулся к двери.
Он опять бежал. В коридоре остались только самые зазевавшиеся, но и те уже закрывали за собой двери своих комнат и медленно, но верно спускались на первый этаж. Прямо перед ним шёл какой-то парень, и шёл он прямо посередине лестницы, так что ни обойдёшь, ни перепрыгнешь. Даже не слишком большому Гарри это было не под силу. Пришлось спускаться за ним, шагом. Этот парень шёл так медленно! На втором этаже он остановился, чтобы заорать на весь коридор:
— Доброе утро, девчонки!
Гарри закрыл глаза и сосчитал до десяти.
— Могу я пройти? — как можно вежливее спросил он, похлопав парня по плечу.
Пока парень поворачивался, кусочек пространства освободился ровно настолько, что Гарри вполне хватило его, чтобы пройти. Проскользнув мимо парня, Поттер чуть ли не слетел с лестницы, крикнув на ходу:
— Спасибо!
«Так, теперь я на первом этаже, — размышлял он. — И где здесь выход?»
«Скорее всего, — лениво отозвался внутренний голос, — там же, где и вход, только дверь в другую сторону открывается».
Очень смешно, ага.
