Веснушчатая девочка вприпрыжку подбежала к табурету и, сев на него, водрузила на голову Шляпу, которая скрыла её лицо почти наполовину.
— Гриффиндор! — выкрикнула через минуту Шляпа.
Девочка, расплывшись в улыбке до ушей, всё так же вприпрыжку побежала к столу Гриффиндора. Её встретили бурными приветствиями.
— Акселл, Робин!
Высокий русоволосый мальчик был спокойнее Роуз и отправился в Равенкло.
Дети следовали один за другим, согласно списку в руках профессора Оксифелла. Над некоторыми из них Шляпа думала долго, как в случае с Гарри, когда он проходил своё собственное распределение; над другими, как над Малфоем тогда, на первом курсе Гарри, — пару секунд. Так, постепенно все первокурсники были распределены. Настала очередь Гарри.
— Эванс, Гарри, — позвал профессор Оксифелл. — Седьмой курс.
Студенты уже устали и проголодались и, если и были удивлены новому семикурснику, сил как-то высказать своё удивление у них просто не было.
Гарри, глубоко вдохнув и выдохнув, подошёл к табурету. Взяв в правую руку Шляпу, он водрузил её на голову и сел. Распределяющая Шляпа всё ещё была ему чудовищно велика, и он подумал: может, Годрик Гриффиндор был полувеликаном, как Хагрид? Ну не может у человека быть такая большая голова.
— Ай-яй-яй, мистер Поттер, — раздался хриплый голос Шляпы. — Нельзя так думать об основателе собственного факультета!
Гарри даже рот раскрыл от удивления. Конечно, Шляпа могла узнать, что он — Поттер, но что там насчёт факультета?..
— Да, — отозвалась она. — Я и сама не знала до этого момента, что существую вне пространства и времени. Интересно, однако…
Она, по-видимому, задумалась. Гарри тоже. Но надолго это затягивать было нельзя, и он мысленно поторопил Шляпу:
— Не тяните, уважаемая Шляпа.
— Не тянуть? — переспросила она. — Я думаю, не мешайте мне, мистер Поттер.
Гарри нахмурился. Над чем тут думать?
— Над чем? — страшась ответа, спросил он.
— Куда отправить тебя, глупый, над чем же ещё? — кажется, Шляпа была искренне удивлена.
— Но вы же уже распределили меня. На Гриффиндор, — напомнил Гарри.
— Я помню, — отмахнулась она.
— Не значит ли это, что я должен пойти именно за стол Гриффиндора?
— Не думаю, — с сомнением протянула она. — Давай-ка посмотрим… Упрям, о да, в храбрости тоже не откажешь — здесь, несомненно, Гриффиндор. Но! — прервала Шляпа его ещё не начавшуюся речь. — Давай посмотрим дальше. Верен и трудиться умеешь, последний месяц это показал. Качества истинного хаффлпаффца. Ты умён… по-своему, особенно. Но в некоторых вопросах… — она не договорила, но Гарри и так понял. — И последнее. Ты самостоятелен и амбициозен, хочешь всего добиться сам. Тебе никто не нужен. За исключением друзей, возможно, но ведь этот месяц ты и без них прожил, не так ли? И я уже предлагала отправить тебя в Слизерин. То, о чём я говорила тогда, не изменилось. Слизерин непременно поможет тебе на пути к величию… Но я послушала тебя…
— Поэтому можете сделать это ещё раз? Гриффиндор? — мысленно Гарри сделал просящую рожицу.
Шляпа хмыкнула, но жёстко продолжила:
— И в этот раз я тебя слушать не буду.
Гарри напрягся.
— Хаффлпафф? Я трудолюбив, вы сами сказали, а ещё…
— Слизерин!
— Нет, нет, — мысленно пробормотал Гарри. — Давайте обсудим…
Но профессор Оксифелл уже снял Распределяющую Шляпу с его головы. Последнее своё слово, как понял Гарри, она выкрикнула вслух.
Поттер поднялся с табурета. Усилием воли он заставил себя не смотреть на стол Гриффиндора. Никто его не приветствовал — Слизерину было всё равно, что к ним присоединился их враг номер один (лет через сто, конечно).
Гарри не хотелось сидеть рядом с ними. Не хотелось чисто физически. Ему просто надо было побыть одному. Он прошёл к самому краю стола, который был ближе к столу преподавателей и поэтому пустовал. Тяжело плюхнувшись на скамью, Гарри уставился в пустую тарелку.
Он не видел, как поднялся директор, но слышал его короткую и такую радостную для студентов речь:
— Начнём пир!
Золотые подносы тут же наполнились всякой всячиной: картофелем, жареным мясом, салатами и пудингами; в графинах заплескался тыквенный сок. Но у Гарри не было аппетита. И настроения тоже не было.
«Ой, да что ты ноешь? — недовольно пробурчал внутренний голос. — Ты сюда не друзей пришёл заводить. Какая разница, откуда бегать в библиотеку? К тому же… — он задумался, — кажется, от слизеринской гостиной до библиотеки даже ближе».
Гарри передёрнул плечами, отгоняя мысль о том, что внутренний голос прав.
«Стоп. Но он же действительно прав», — встрепенулся Поттер.
«Конечно, я прав, — ласково, как умалишённому, сказало внутреннее «я». — А теперь давай есть».
Гарри невесело хмыкнул и положил на тарелку кусок мясного пирога. Пир был в самом разгаре. Ученики шумели, переговариваясь и смеясь. Учителя тоже разговаривали, но менее оживлённо. Ничего не меняется. Ничего, кроме людей.
