— Ого, — присвистнул Ал, проводив брата задумчивым взглядом. — А ты умеешь общаться с детьми.
— Это только цветочки, — вежливо улыбнулся Гарри. Его начинали грызть сомнения: правильно ли он поступил? Всё же Аберфорт был братом Альбуса. Может, не нужно было так резко? Или, по крайней мере, не в присутствии самого Ала?..
— Почему вы не ладите? — заглянув в глаза Поттеру, грустно спросил Ал. — Это немного нервирует, знаешь ли.
Первое, что пришло Гарри на ум, это оскорблёно буркнуть: «Он первый начал!», но это звучало бы совсем уж как-то по-детски, и он сдержался.
— Я понимаю, что Эбби не ангел во плоти, — словно прочитав его мысли, успокоительно продолжил Дамблдор. — Просто к нему нужно… привыкнуть, что ли. На самом деле он весёлый и любит животных. Ты же знаешь, в последнее время…
— Чёрт, Альбус! — Гарри не на шутку надоело выслушивать, каким милым и хорошим мальчиком был Эбби. Или Ал думал, если говорить об Аберфорте только хорошее, он и станет хорошим? Тётя Петуния тоже всегда говорила о Дадли как об умном и талантливом ребёнке, и что из этого вышло? — У меня такое последнее время длится уже восемнадцать лет! Да, я не паинька, но и ядом в каждого прохожего не брызгаю.
— Но тебе ведь не пятнадцать, — мягко вставил Альбус. — Переходный возраст и все такие дела на тебя не влияют.
Сейчас тон Ала был так похож на тон Дамблдора-директора, да ещё и эти фразы типа «Гарри, мой мальчик, не тебе одному приходится туго», что Поттер еле удержался, чтобы не хмыкнуть.
— Может, он влюбился, или повздорил с кем-то! — продолжал Дамблдор. — Да и с учёбой всё не так гладко, как хотелось бы.
— Ладно, ладно, — Гарри взмахнул руками. Пора было завязывать с этим бессмысленным разговором: всё равно Ал не прекратит выгораживать брата, да и он сам от своего мнения не отступит. — Чего ты от меня хочешь? Чтобы я был терпимее? Хорошо. Доволен?
— Да. Спасибо, — Альбус улыбнулся и пригладил волосы. — Дьявол! — он хмуро оглядел испачканную шоколадом руку. — Ну вот что ты наделал? Я же теперь в шоколаде! Ужас!
Ругаясь и на ощупь пытаясь оценить размеры катастрофы, Дамблдор поплёлся обратно в спальню, а оттуда — сразу же в душевую.
— О Мерлин! — подойдя к зеркалу, он остановился, как вкопанный. — Ты когда мне лицо успел раскрасить?
— М-м, — Гарри подошёл к раковине, чтобы наконец-то привести себя в порядок. Уже был полдень как-никак. — Я вообще не понимаю, что тебе не нравится. Ты знаешь, некоторые девушки хотят шоколадный цвет волос.
— Думаю, это немного другое. Вот посмотри, посмотри! — Поттер невозмутимо взглянул на Дамблдора. — На кого я теперь похож?
Гарри усмехнулся, игриво выгнув бровь.
— На индейца? — предположил он, но осёкся. Перед мысленным взором возникли давние неприятные воспоминания. — Чёрт. Чёрт!
— Что такое? — поинтересовался Ал, склоняясь над раковиной и подставляя голову под мощную струю воды.
— Райне! — негодующе пояснил Поттер. Как он мог забыть о том… том… происшествии! Погрузился в забавы и развлечения и совсем забыл об этой маньячке!
— Что Райне? — в голосе Дамблдора было столько терпения, — неприкрытого терпения — что не нужно было быть очень умным, чтобы понять, что терпение это на исходе.
— Райне! Индеец! — Поттер начал наматывать круги по душевой. — Ну, на Хэллоуин! И ещё эти её розы! Бр-р, мерзость.
Выключив воду, Ал схватил полотенце с небольшого столика в углу и начал неспешно вытирать потемневшие и потяжелевшие волосы.
— И что?
— Как что! — от досады, что Альбус не понимал, Гарри даже притопнул. — Я так и не узнал, что она там делала!
Ал уставился на него с видом «ну ты что, серьёзно?», на что Поттер ответил каменным выражением лица. Игры в гляделки длились относительно недолго: минуту или около того, после чего Дамблдор предпочёл вернуться к вербальному диалогу.
— Хорошо. А если я скажу, что знаю, чем она занималась? Успокоишься?
— И чем же?
Альбус тяжело вздохнул, словно принимая какое-то очень сложное решение, оглянулся, чтобы увериться, что никто не подслушивал, прошёл к двери, закрыл её плотнее, вернулся к Гарри и, склонившись к его уху, прошептал:
— Ритуал омоложения.
От шока и удивления Поттер даже рот приоткрыл.
— Правда? — так же шёпотом спросил он.
— Ну конечно же нет! — Дамблдор рассмеялся и отбежал от замахнувшегося на него Гарри. — Ну, серьёзно, Гарри! Выбрось это из головы. Сегодня Рождество. У меня есть для тебя сюрприз. В замке почти никого не осталось. Никто нам не помешает. Давай и сами не будем себе мешать?
Поттер потёр переносицу. Решив, что, раз Ал не хотел помогать, никто его заставлять и не будет, он еле заметно кивнул.
— Вот и славненько! А теперь пойдём переодеваться: теперь это нужно и мне, — на ходу расстёгивая намокшую рубашку с шоколадным пятном на правом рукаве, он буквально бегом бросился в спальню, подвывая под нос: — Хо-олодно-о.
С одеванием они справились на удивление быстро: видимо, ни тому, ни другому не хотелось даже лишнее мгновение оставаться на растерзание влажного и прохладного, отдающего слабым запахом сырости воздуха.
