Часы смерти [Литрес] полностью

Он подошел к простенку между окнами. Там висела плохая картина, изображавшая в блеклых красках рыцаря в доспехах, крепко прижимающего к своим наплечникам юную, небрежно одетую деву с длинными золотыми волосами. Пол заскрипел под ногами Престона. Он сдвинул картину набок.

– Я как раз только что занялся стеной, сэр. Беттс мне помогал. Эта леди, – он кивнул в сторону миссис Горсон, – настаивала на том, чтобы прибраться в комнате, и мы ей разрешили. Она подметала пол щеткой и, когда поворачивалась, стукнула концом черенка вот об эту панель… Ну и все сразу стало ясно. Правда, пришлось повозиться, пока я отыскал пружину. Но смотрите.

Он провел пальцем по верхней кромке. Точно так же как и в комнате Карвера, сбоку от панели появилась вертикальная щель. Только здесь она была значительно короче, около двух футов. Престон просунул в щель кончики пальцев и задвинул панель в стену.

– Как и у старика в комнате, – пробормотал Хэдли. – Похоже, у архитектора, который строил этот дом, была… – Он нетерпеливо шагнул вперед, остальные двинулись за ним.

– Теперь ее, наверное, повесят, сэр? – равнодушно осведомился Престон. – Я вспоминаю, как мы тогда разыскали тайник в доме Бриксли, – помните, сэр, дело об убийстве на Кромвел-роуд? Тот парень, который завернул руку своей жены в кусок…

– Замолчите! – громогласно оборвал его доктор Фелл. – Так, спокойно, Хэдли…

Все, что в этой комнате напоминало о хозяйке, сложилось вдруг в ее образ. Внутри тайника, представлявшего из себя полость в кирпичной стене около фута глубиной, находились какие-то предметы, завернутые в старый джемпер. Словно для того, чтобы понадежнее их спрятать, джемпер был засунут за коробку из-под обуви. В коробке оказалась выкрашенная золотой краской стальная стрелка от часов около пяти дюймов длиной и, тоже испачканная краской, левая лайковая перчатка – без сомнения, парная к той, что лежала в кармане Хэдли. Хэдли, у которого от нетерпения дрожали руки, отнес джемпер на кровать и развернул его…

Платиновый браслет с бирюзой. Серьги из жемчуга. Похожий на приплюснутый человеческий череп предмет размером чуть меньше кулака. Они упали на белое покрывало, когда Хэдли выдернул из-под них джемпер, и свет уродливо заиграл на серебряной с позолотой поверхности черепа, покатившегося по покрывалу, словно отрубленная голова. «Хватать яркие предметы…»

– Нет! – произнес хриплый голос. Они услышали частое постукивание деревянного черенка о каминную доску и свистящее дыхание. Миссис Горсон выступила вперед, прижав руку к своей обширной груди и еще больше выкатив глаза. – Это неправильно, – сказала она с яростной решимостью и показала рукой на кровать. – Говорю вам, и Бог мне судья в эту минуту, это неправда. Говорю вам, они ненавидят ее.

Хэдли выпрямился.

– Это все, миссис Горсон, – сухо сказал он. – Большое вам спасибо.

– Но я спрашиваю вас, сэр; я спрашиваю вас, – по-прежнему шумно дыша, она потянулась к лацкану его пиджака, – скажите, кто может знать это лучше меня? А? – Она словно пыталась загипнотизировать его, широко раскрыв коровьи глаза и тряся головой. – А-а-а? Когда я прожила тут одиннадцать лет, с тех самых пор, как умерла миссис Карвер. И я знаю, что Миллисенте Стеффинз – меня ей не провести – нужен он, а он и не смотрит на нее… Выслушайте меня! Всего одну минуту, сэр, и я могла бы рассказать вам…

– Так, Престон. Выведите ее.

– И ведь надо же, я сама это сделала! – неожиданно провозгласила миссис Горсон.

Ее глаза наполнились слезами. Она не сопротивлялась, когда Престон потащил ее к выходу, словно тюк с бельем, но Мельсон внутренне напрягся, потому что ему показалось, что она сейчас закричит. Она действительно закричала, но только когда оказалась в холле.

– Беттс! – позвал Хэдли. – Куда ты, дьявол тебя побери, провалился?.. Ага! Ты видел, что у нас здесь? Прекрасно. Тогда пулей в управление за ордером. Нам нужно приготовиться заранее. Если возникнут какие-либо затруднения, пусть звонят мне сюда, я сам объясню… Она уже вернулась?

– Нет, сэр.

– Тогда скажи Престону, пусть подежурит у двери и приведет ее ко мне сразу же, как только она появится. Но прежде догони эту Горсон – живее! – и строго-настрого предупреди ее пока не говорить никому ни слова о случившемся.

– Секундочку, Беттс, – остановил сержанта доктор Фелл. Его смятение прошло, он казался спокойным. Опираясь на одну трость, он небрежно помахал пальцем сержанту, пристально глядя при этом на Хэдли. – Вы уверены, что сейчас в этом есть необходимость? Почему просто не задержать ее и не подождать, пока дознание…

– Я не собираюсь рисковать своей пенсией, перекладывая ответственность на чужие плечи в деле, где виновность подозреваемой очевидна.

– Но вы понимаете также и то, что погубите себя, если совершите ошибку? Вы понимаете, что даже не дали этой женщине возможности как-то объяснить все это, оправдаться? Вы понимаете, что делаете именно то, чего от вас ждет настоящий убийца?

Хэдли поднял плечи. Затем он достал из кармана свои часы: