– Из древних времён Аспазию и Фрину, потом нашу несравненную Веру Холодную, потрясающе обаятельную актрису Хэди Ламар, которая изобрела в 1942 году секретное средство связи, оно затрудняло перехват немцами торпед, а теперь используется в мобильной связи и WiFi во всём мире. Гениальное изобретение! А недавно включил в пантеон первую жену композитора Сергея Прокофьева Каролину Кодину, испанскую аристократку и талантливую красавицу. Он привез её в СССР, да и бросил её с двумя детьми ради молоденькой вертлявой комсомолочки. Каролину тут же в ГУЛАГ упекли. Я музыку Прокофьева люблю, гениальная музыка, а вот после того, как узнал о его предательстве жены и детей, с досадой о нём вспоминаю. Комсомольская чёртяка его опутала, а кэгэбешники подыграли. После ГУЛАГа Каролина жила ещё долго, скончалась в 1989 году, прожив 91 год, и всю жизнь любила Прокофьева. Печальная история… Продолжаю искать умниц и красавиц… Молодчина, что никому не завидуешь.

– Я поняла, что это бессмысленное занятие. Просто надо над собой постоянно работать.

– Верно, правильно. – подтвердил Арбелин. – Пушкин очень точно сказал: «Старайся в просвещении быть с веком наравне». Вот и старайся, не отставай. И даже обгоняй.

Арбелин встряхнулся, провёл рукой по лбу, словно отгоняя наваждение.

– Что это мы о грустном. У меня же как-никак юбилей. Альфуша, где твоя гитара? Спой нам что-нибудь.

Альфа выпорхнула в прихожую и вернулась с гитарой. Присела, попробовала струны и объявила.

– Моцарт на маленькой скрипке играет.

И запела Окуджаву.

Как точно угадала Альфа! Это была любимая песня Арбелина из Окуджавы.

Он подпевал припев.

– Ах, ничего, что всегда, как известно,

наша судьба – то гульба, то пальба…

Не оставляйте стараний, маэстро,

не убирайте ладони со лба.

Потом последовала «Виноградная косточка», «Про портного», «Синий троллейбус».

Чарующий голос Альфы и точность её интонаций завораживали, Альфа раскрылась ещё одним своим талантом.

Альбина, не отрывая глаз, с обожанием смотрела на Альфу.

На лице отца сияла гордость.

– Альфа, а давай-ка сбацаем «Оркестрик», а?

Альфа тут же настроилась и они с энтузиазмом запели искромётную песню Окуджавы.

Когда внезапно возникает

Ещё неясный голос труб,

Слова, как ястребы ночные,

Срываются с горячих губ.

Мелодия, как дождь случайный,

Гремит и бродит меж людьми,

Надежды маленький оркестрик

Под управлением любви.

Вдруг подключился и Леонид Леонидович. Все песни Окуджавы он знал – дочь исполняла их ему много-много раз, начиная с пятнадцати лет, когда выучилась гитарным аккордам и приобщилась к движению авторской песни.

Арбелин восхищённо посмотрел на Истомина. Глаза его страстно сияли.

Трио запело ещё жизнерадостнее.

Кларнет пробит, труба помята,

Фагот, как старый посох стёрт,

На барабане швы разлезлись,

Но кларнетист красив, как чёрт.

Флейтист, как юный князь изящен,

И в вечном сговоре с людьми

Надежды маленький оркестрик

Под управлением любви.

Когда закончили, растроганный до слёз Арбелин достал – батистовый! – платок и вытер увлажнившиеся глаза.

– У меня, как у Льва Толстого, глаза на мокром месте, когда слушаю музыку. Боже мой, какая удивительная фасцинация в музыке и пении! Кнорозов считал, что это чистая, не замутнённая информацией фасцинация. Меня долго изумляло, как это певцы и певицы могут петь часами и ежедневно, причём ещё и с настроением. Мне казалось это чем-то ненормальным. Годами поют и не устают. А когда научился бренькать на гитаре и запел Окуджаву, Галича, и прочие полюбившиеся песни, поймал себя на том, что могу петь хоть сутками и каждый день. И меня ведь слушали по два-три часа! С моим-то слухом.

– У вас, Юлиан Юрьевич, эмоциональность необыкновенная и удивительный завораживающий тембр. Буквально околдовывает. Особенно, я думаю, женщин. – поделилась своей оценкой Альфа. – Правда, Альбина?

Альбина, которая сидела окаменев, как загипнотизированная, кивнула:

– Я в трансе.

– Вам, Юлиан Юрьевич, запросто на эстраде можно выступать. – добавил и Роман.

– Я вот думаю, не заложен ли в человека ген акустической мелодики, как у соловья. Возможно первобытный наш предок сначала научился мычать мелодии и на этой физиологической базе у него развилась гортань до способности к речевой артикуляции. Он ходил и пел, пел, мычал, мычал… Я вот когда шагаю на прогулке или еду в трамвае, всегда про себя пою. Атавизм должно быть. И не могу не петь, как заводной – безостановочно. Всегда. Какая-то музыкальная шизофрения.

– Я тоже часто мычу про себя. – засмеялся Денис.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги