Тут надо отметить ещё и наивно-романтический настрой парня. Каким же надо быть простодушным, чтобы с открытой душой и страстным желанием стремиться в ряды славной армии, от службы в которой почему-то любыми способами отмазываются тысячи и тысячи его сверстников! Это «почему-то» ум Дениса совершенно не волновало. Он мог поступить на химфак и с его грамотами и дипломами призёра химических олимпиад любой университет взял бы его без разговоров. Он мог отбояриться, прикрывшись бабушкой. Никого, кто бы за ней ухаживал, не было на всём свете, только Денис, её единственный любимый внук. Денис оба варианта оттолкнул от себя. Утопающий хватается и за соломинку: армия грезилась ему как надежда, как та последняя щепочка, которая должна была в его воображении спасти от уродливой худобы. Окрепших и нагулявших телесную упитанность парней, вернувшихся со службы, он видел не раз. Особенно возбудило его воображение появление Кольки Вахрушева из соседнего дома. До армии Колька был доходягой, а вернулся розовощёким мордоворотом. Вид Кольки укрепил желание. Всё уже перепробовал, оставалась армия. Таков он был, упёртый, как звала его бабушка, когда сердилась.
– Да не упёртый я, а упорный, бабуля, – отшучивался Денис.
– И упёртый! – повторяла бабушка. – Весь в отца.
– Ладно, пусть упёртый и упорный. – соглашался Денис, обнимая бабушку. Сравнение с отцом ему было слаще мёда.
Сын её, Пётр Захаров, добился всего именно благодаря своему целеустремленному до фанатизма характеру. Внук получил эти отцовские гены настойчивости и непоколебимости в принятых решениях. Добавила своё и беда — непостижимая уродливая худоба. Родители провели Дениса по всем врачам, и все они с удивлением фиксировали абсолютное здоровье тощего мальчугана, гормональную норму и разводили руками, не понимая, в чём источник такой аномалии. Природа задала и родителям, и Денису загадку.
Как только Денис подрос и стал сознавать своё уродство, все силы своей души он устремил на избавление от него: занимался зарядкой, турник и гантели стали его страстью, ел до отвала всё, что должно было бы дать увеличение телесной массы, а в девятом классе попробовал и анабиотики, но от них его стошнило и он бросил.
– Ты, Денис, особенно-то не напрягайся. – говорил суровый отец. – Были бы кости, мясо нарастет.
Сам он был тоже сухой и жилистый, но всё же далеко не скелет, скорее спортсмен-марафонец. Денис любил отца самозабвенно, старался во всём на него походить, гордился, что он один из самых талантливых в городе, лауреат и главный конструктор авиазавода. А после того, как подрос и узнал от бабули, что это благодаря отцу он живёт на белом свете, то отец стал его божеством.
Родился Денис семимесячным с весом в один килограмм – буханка хлеба, и таким слабеньким, что едва улавливалось дыхание. В роддоме посоветовали писать отказную, объясняя впавшей в панику мамочке, что такие живут недолго, а если и выживают, то вырастают слабоумными инвалидами. Мать рыдала, но отец, стиснув зубы и послав эскулапов ко всем чертям, сказал: «Нина, он наш, родной. Будем спасать». И они спасли сына! Мать держала его у груди, не давала замерзнуть, прикладывала к соску, как только Дениска сопел и открывал ротик. Выходили. И ни о какой неполноценности никто уже не заикался. Ни в чём Дениска не уступал сверстникам, был даже в числе первых. В школе учился на «хорошо» и «отлично». По физкультуре – в первых рядах. И только худоба не отпускала, не исчезала, а с взрослением всё сильнее бросалась в глаза. К прозвищу Скелет Денис привык и не обращал внимания. Жил он углубленным в себя, отстранённым, и ловил каждый рефлекс своего уродливого тела, надеясь на поправку. Армия и была его последней надеждой, а фанатизм отметал любые возражения и уловки.
– Иди, иди, – напутствовала бабушка, – соседки помогут.
– Это по-нашему! – напутствовал его и дядя Асхат, друг отца со школы, мэр города Асхат Галиаскаров. – За бабулю не беспокойся, последим и поможем.
И случился для Дениса в армии совсем непредвиденный поворот. Через четыре месяца службы в части заболел повар и помощнику повара нужна была подмога. Командир кликнул клич, кто умеет варить кашу и суп. И наш чистосердечный новобранец поднял руку. А как он мог не поднять, если он был честен и действительно умел управляться с готовкой, а кухня без повара могла оставить солдат без горячего. Да так выручил Денис, так помог повару, что у солдат разыгрывался аппетит и они просили добавки.
