Человек и глобус полностью

М а к а р. По моей оплошности вы выпили дозу безвредного, но очень сильного снотворного. Про все остальное вам расскажет Нина Петровна.

А л е в т и н а. Благодарю за разъяснение. (Пауза.) Чего вы ждете? Уходите. Или вы еще недостаточно насладились моим унижением? Кажется, вы досыта потешились надо мной, моими женихами, нашей семьей. Как я вас ненавижу. Видеть не могу. Я выслушала от слова до слова все, что здесь говорилось. Как великолепно вы умеете лгать. Как вы находчивы, как остроумны.

М а к а р. Что же вам помешало выйти, остановить меня, лично объясниться с Глебом Ивановичем, Евгением Семеновичем? В любой миг вы могли избавиться от душевных страданий. Что или кто вас удерживал?

А л е в т и н а (смутившись). Я хотела знать, где же предел вашим способностям. (Презрительно.) Сколько сил вы потратили на борьбу с ветряными мельницами. И каким оружием вы пользовались!

М а к а р. Какое заслуживали ваши знакомцы. За все прошу прощенья. А так как, вероятно, мы больше никогда не увидимся…

А л е в т и н а. Очень рада. А почему?

М а к а р. Нина Петровна находит, что после всего случившегося я не могу быть вашим соседом.

А л е в т и н а. Вполне согласна с мамой.

М а к а р. Поэтому позвольте на прощанье дать вам несколько советов. Разрешите?

А л е в т и н а. Если вам так хочется.

М а к а р. Как ваше самочувствие?

А л е в т и н а. Как-нибудь выдержу ваше присутствие еще несколько минут.

М а к а р. Благодарю. (Пауза.) По всем признакам вы хотите счастья. Так отбросьте навсегда обманчивые представления, навязанные заблуждения. Идите в жизнь своим путем. Принцы любви, о которых иногда говорит Нина Петровна, это миф, это последняя легенда. Вы считаете себя равноправной с мужчиной. Это правильно. И вместе с тем далеко не так. Вы выше, выше любого из нас. С тех пор как вы одна можете поднять на своих плечах всю семью, вырастить, воспитать детей, вам ли искать властелина над собой? Отрекитесь от этого заблуждения.

А л е в т и н а (поколебавшись). Что ж, отрекаюсь.

М а к а р. Но мужчины не хотят легко и просто уступать своих древних позиций. Они не желают отдавать своего допотопного права снисходительно одалживать вас своей любовью. Откажите им в этом праве.

А л е в т и н а (подумав). Отказываю.

М а к а р. Решительно заявите, что отныне и навсегда право выбора принадлежит только вам.

А л е в т и н а. Заявляю.

М а к а р. Выбирайте сами, и вы будете счастливы.

А л е в т и н а. Все это очень мило. Но как быть, если тот, кому бы я доверила свою судьбу, кого я люблю, не захочет даже посмотреть на меня? Не могу же я сама…

М а к а р. Сможете. Если вы ему скажете, что любите, то куда он денется. Рано или поздно, он на коленях приползет к вашему порогу. И тогда вы продиктуете ему незыблемые условия: Верность, Нежность, Уважение, Послушание, Трудолюбие, Честность, Любовь к детям, Забота о стариках. (Пауза.) Вот тот талисман, о котором мы говорили вчера. Наступила пора, когда в семье должна безраздельно владычествовать женщина, осененная великим правом быть матерью наших детей. А вся жизнь, все подвиги и открытия, все труды, заботы — только для них — наших детей. В них будущее всего человечества. Я не знаю, как будет названо это положение, возможно, феминократией, но знаю одно, что в нашем мире женщине возвращается полная власть над нашей судьбой, и горе тому, кто этого не понимает. Прощайте.

А л е в т и н а. Постойте. Я вам верю. Я сама понимаю, что это так, но скажите, а как же вы? Когда вы полюбите, что же вы будете делать?

И тут из пламенного пророка Макар в одно мгновение опять становится робким влюбленным, боящимся хуже смерти услышать от любимой холодное, бесповоротное — нет. Ему хочется оттянуть время, чтобы забылось пережитое, чтобы опять вернулась девочка с косичками.

М а к а р. Ничего. Буду ждать, когда мечта снизойдет до меня и скажет: следуй за мной. А сам я не могу, не имею права навязывать свои чувства любимой.

А л е в т и н а. Как?! Совсем?!

М а к а р. Да. Только вымирающее племя принцев любви способно еще по своему невежеству прибегать к обольщению.

А л е в т и н а. Но хоть маленький, небольшой намек вы должны подать.

М а к а р. Это будет нечестно. Нельзя вводить в заблуждение, за которым, возможно, наступит разочарование и неизбежный развод. (Идет к двери.)

А л е в т и н а. Постойте же.

Макар остановился.

Что же вы делаете? Что же это такое? Как же я, ну пусть другая любая девушка, должна сказать первая? Зачем вы притворяетесь? Ради чего вы добивались добровольного ухода моих женихов? Они вам мешали?

М а к а р. Мне казалось, что они мешают вам, бряцая доспехами восемнадцатого века.

А л е в т и н а. Я об этом не говорила. Я совсем не хотела. (Решившись.) Ну, хорошо. Подойдите сюда.