Олег Качалов медленно упал на пол, широко расставив руки, словно хотел прихватить на тот свет участки городской земли, которые он еще не успел продать, его молодое красиво тело дергалось в жутких конвульсиях, доставляя истинное наслаждение доморощенному киллеру. Дежурный городского исполкома в сопровождении милиционера ворвались в помещение, где заседала земельная комиссия. Они скрутили руки стрелку, лишив его возможности свободно передвигаться по административному зданию, Птаха отлетался.
Анатолий кричал, плевался в сторону тела. Плевки до Олега Качалова так и не долетали, они отпечатывались на брюках представителя правопорядка, который брезгливо смотрел на забрызганную слюнями форму, мысленно поставив диагноз городскому стрелку – параноидная шизофрения.
Милицейское подкрепление подоспело вовремя, скорая помощь – тоже, но в ее помощи уже никто не нуждался. Разве что члены земельной комиссии, которым накапали успокоительных капель, но им это не помогло. После многочисленных интервью с журналистами, которые опрашивали очевидцев, свидетели страшного преступления через час после трагедии без закуски пили грузинский коньяк. Они помянули хорошего человека Олега Качалова, который при жизни так любил этот крепкий напиток.
Каждый мужчина в раннем детстве представляет себя в образе Ланселота. Доспехи, турниры, аплодисменты. Враги трепещут, цель ясна. Если враги отсутствуют, их необходимо придумать, а иначе, какой Ланселот без крови в бою и наград? Натешившись игрушечными мужеством и отвагой в детстве, взрослые мальчики успокаиваются и понимают – драконы давно вымерли, а современные цивилизованные люди умеют договариваться. Самый худой, на ладан дышащий мир лучше любой маленькой войны. И только настоящий, породистый, одержимый навязчивой идеей справедливости Ланселот современности способен, как и в древние времена, пролить кровь, естественно не свою.
Он пил холодную «Родненькую», жевал сочную горячую баранину с черносливом и кунжутом, смотрел с огромным интересом экстренные выпуски новостей, переключая по очереди местные телеканалы, и улыбался. Так искренне радуется человек, когда он неожиданно для самого себя выигрывает «Джек-пот», о котором в целях безопасности нельзя сообщать завистникам. А так хочется закричать: «Ребята, я вас поимел!».
Он не кричал, он постигал таинство собственных, как ему казалось, гениальных мыслей. Успех приходит к человеку, способному долбить в одну точку, даже если это бетонная, монолитная стена, способному ждать, как снайпер в засаде, как голодный хищник, подстерегающий жертву в жаркий полдень возле прохладного ручья. Успех приходит к тому, кто верит в него, как религиозный фанатик, который пронизывает своим желанием победить, словно молитвой, информационное пространство. Мир, рано или поздно, сдаст позиции, он дрогнет. В железобетонной стене появится внушительных размеров трещина. В информационном пространстве – оперативные новости, которые горожане, словно горячие пирожки с кровавой сырой начинкой, не подавившись, съедят. Круто!
В «Филине» в обеденное время царит божественная тишина, официанты не беспокоят. Черт медленно пережевывает нежную баранину и довольно смотрит в вымытое до чистоты воздушного пространства стекло. Там за окном только что пошел снег, похожий на искусственный потертый, словно на крупной терке, пенопласт, белый и пушистый, он сыплется, как из адского рога изобилия. Могущество и сила природы всегда восхищали Черта, но он об этом вслух никогда не заикался. Разве может быть что-то на свете, что нельзя подчинить воображению, купить за деньги, убить, наконец?
– Александр Евгеньевич, ради бога простите, что беспокою вас, – заискивающе произнес охранник Черткова, подойдя на недопустимое даже для личной охраны близкое расстояние.
– Какого черта, я ем, – прохрипел олигарх, а про себя подумал: «Этот здоровяк уволен, как он смел меня потревожить? Меня!!!»
Чертков увеличил звук телевизора с помощью дистанционки, несомненно, его больше интересовали подробности убийства Олега Качалова, нежели лепет охранника. Журналисты в трактовке событий проявили единодушие, по их мнению, Птаха находился в состоянии аффекта, он публично осудил Качалова, потому, что приревновал его к погибшей в ДТП жене. Красивая история для третьесортного женского романа. Странно, подумал Чертков, теперь Олег и Тоня находятся вместе, на том свете. Чужих людей породнила смерть. Прошло минут семь, прежде чем охранник набрался смелости и решил повторно сообщить боссу важную информацию, поступившую от начальника службы безопасности корпорации «Родненькая».
– Александр Евгеньевич!
– Ты что, идиот?
– Нет, я должен вам сказать…
– Пошел вон, дай мне поесть спокойно!!!
– Но…
– Вон, ты уволен! Вот урод!
