Зюскинд огляделся внимательно, как будто он увидел комнату, которая превратилась для него в камеру предварительного заключения, впервые. На стене висела огромная картина, обрамленная тяжелой дубовой рамой. Выдержит, подумал Зюскинд, и с трудом дополз до охотника, который убил несколько жирных соболей и не скрывал по этому поводу радости от Вениамина. Мазня маслом к искусству, по мнению узника, никакого отношения не имела. Зюскинд потратил двадцать минут, прежде чем произошло сокрушительное падение со стены загородного произведения искусства.
Помощник Черта подергал один железный крюк, затем второй, правый показался ему крепче, хотя надежностью обладали оба крепления одинаково. Хладнокровно, как будто Веня сочинял рекламную заказную статью для корпорации, он сосредоточенно сделал петлю, привязал галстук к крюку. Его темный красный цвет напоминал Вениамину человеческую густую кровь и вызывал в нем столь сильное отвращение, как и сама жизнь. С Богом!
Совпадение – это наглядная демонстрация закона «О закономерностях». Когда дорогой фирменный галстук смертельно стиснул тонкую шею помощника Черткова, Петр Николаевич Морозов по телефону отдавал приказ охранникам устранить Зюскинда, инсценировав его самоубийство. Ольга и Тарас не любили подобных заданий, прописанных отдельной строкой в их доскональных контрактах, которые юридической силы не имели, зато выполнялись безоговорочно, потому что написаны кровью.
Липовая семейная парочка долго искала в доме надежную веревку, обстоятельно проговаривала совместные действия, кто и что скажет потенциальной жертве, как отвлечь внимание Зюскинда. Но когда охранники открыли заветную дверь на втором этаже, то, не сговариваясь, оба обрадовались. Бывает же такое! Вместо улыбчивого охотника, увешанного жирными хорьками, на стене висела их тощая добыча, в новом костюме, на котором довеском красовалась фирменная бирка из дорогущего бутика. Усилий никаких, задание выполнено!
– Гнида редкая этот Зюскинд, но умер, как настоящий мужчина, повесился на галстуке, без посторонней помощи, даже жаль его, – удивилась собственным мыслям вслух Ольга.
– Не подходи близко, надевай перчатки, нужно все тщательным образом протереть в доме, у меня в чемодане есть парочка отпечатков, нужных для правоохранителей «пальчиков». В запасе есть часа два. Работать, Ольга.
Охранники забегали по дому, со стороны могло показаться, что они изрядно суетились, на самом деле в их действиях лишние движения отсутствовали.
Игорь Федорович Графский после трех совещаний подряд в своем рабочем кабинете неприлично вспотел, по его волосатой жирной спине стекал липкий пот, который в последнее время приобретал неприятный тухлый запах. Граф принюхался к себе, он решил переодеться в комнате отдыха, отделенной потайной тяжелой дверью от рабочего кабинета. В ней имелось все необходимое: коньяк, любимые сигары, презервативы, шикарный диван-кровать, а также две отутюженные рубашки, одиноко висевшие в шкафу, ожидавшие своего часа услужить хозяину.
Граф расстегнул запонки из белого золота, усыпанные крупными бриллиантами, на рукавах влажной рубашки, он снова принюхался к себе, источник чудовищного запаха пота находился у него подмышками. Неприятный факт. «Фу!» Если бы так кто-то пахнул из его сотрудников, он бы того мгновенно уволил. Главный финансовый гуру задорожского региона почувствовал себя уставшим, ему показалось, что подчиненные выпили из него всю жизненную энергию, все соки, мысли, отняли желание активно жить.
В жизни удачливого финансиста, хозяина большого индустриального города наступила черная полоса. Во всем мире начался финансовый кризис. В Украине и до этого стабильность имела условный рекламный характер. Если первые лица государства начинали уверять доверчивое население, что доллар не вырастет, а гривна сегодня стабильна, как никогда, для обманутых вкладчиков, еще со времен Советского Союза, это служило верным сигналом для паники. Ничего нового, очередной финансовый водевиль!
Граф не любил терять свои деньги, но он их сегодня терял, как и все банкиры славной «Неньки України», которая к своим гражданам, вне зависимости от социального статуса и достатка, относилась, как злая мачеха. Игорь Федорович пригубил коньяк, любимый напиток не радовал, даже от девочек в последнее время пришлось отказаться. От напряженной работы, неприятностей, свалившихся, как снежная лавина, на клан индусов, душу хозяина города до отказа заполнила тоска. Еще бы! В живых остались: он и Зверь. Затяжная черная полоса…
