Тоня с грустью подумала: близости не избежать. Птаха бесцеремонно стянул с нее шелковый белый халат, присосался к ее пухленьким губам, затем к соскам роскошной женской груди, как медицинская пиявка. В дверь настойчиво позвонили Птаха намеревался проигнорировать звонок, однако сигнал о прибытии гостя назойливо звенел. Птаха надел полосатые пижамные штаны, выругался, как мастер мартеновского цеха и пошел открывать входную дверь.
– Что надо? – тяжело дыша, произнес Птаха. Возбужденный и злой, он рычал на гостью, как сторожевой пес.
– Разрешите представиться, Маргарита Григорьевна.
– Не разрешаю, какого черта вы звоните в дверь? Я вас не приглашал! – заорал Птаха на тетку, раздражавшую его, как красная тряпка быка. Ее лицо фармацевту знакомо, а времени на опознание нет. Птаха прикрывал пухленькой рукой детородный орган, который неприлично таращился на гостью.
– Я принесла счет, чтобы вы смогли оплатить шубу для вашей жены.
– ЧТО?!!
– Вот, возьмите, – Маргарита Григорьевна протянула счет.
– Шубу моей жене подарил Чертков, вот пусть он и платит! Это форменное недоразумение. Вы пришли не по адресу. Отнесите счет Александру Евгеньевичу.
В проеме двери показалась очаровательная мордашка Тони. Увидев злого вестника, жена Птахи громко разрыдалась. Сказка о Золушке воплощалась по хорошо знакомому ей сценарию: карета превратилась в тыкву, а шуба из престижного зверька – в неоплаченный счет.
У Птахи возбуждение резко пропало, не раздумывая, он побежал на второй этаж, где на видном месте красовалась дорогущая шуба, схватил ее в охапку, чтобы отдать Маргарите Григорьевне.
– Нет!!!– закричала прибежавшая в спальню Тоня и вцепилась мертвой хваткой в волосатую руку Птахи, природная мохнатость мужа ее абсолютно не интересовала. Мех не тот, он колется, а шиншилла греет.
– Зачем тебе эта шуба, у тебя дубленка есть!
– Вот и носи эту дубленку сам.
– Твою хваленую шиншиллу моль съест, отдай! Шуба – это пустая трата денег.
– Не отдам!!!
– Тоня, угомонись. Я эту шубу верну, а тебе мы другую купим, дешевле и практичнее. Я обещаю, шуба у тебя будет!
– Из козла? – нервно дышала жена.
Птаха не выдержал и ударил Тоню по лицу, женщина истошно закричала, как будто у нее забирали последний мешок муки в разгар голодомора.
Маргарита Григорьевна, открыв рот, стояла перед входной дверью в роскошный дом и с наслаждением слушала супружескую потасовку, она упивалась ссорой. Какая драматургия! Отобрать мечту у женщины непросто, тем более, после примерки. Послышались торопливые шаги, острые каблуки по лестнице нервно застучали, как пальцы по клавишам расстроенного рояля. Развязка.
– Я позвоню Александру Евгеньевичу! Шуба остается у меня. Уходите, прошу вас, пока муж не пришел.
– У вас сутки, Тоня, или шубу придется возвратить. На обратной стороне счета я написала номер телефона директора магазина.
– Я поняла.
Тяжелая входная дверь наотмашь хлопнула перед любопытным носом Маргариты Григорьевны. Она не вздрогнула и не испугалась, сотрудников корпорации «Родненькая» не испугаешь. Они– ударостойкие!
Семейка пернатых продолжала активно ругаться за плотно закрытой дверью уютного двухэтажного гнезда. Перья летели, Птаха обзывал жену легкомысленной женщиной, она его величала жлобом. Маргарита Григорьевна, не прощаясь, удалилась. Она бодро отстучала в режиме сотовой связи сообщение шефу о шубе, которая стала серьезным меховым раздором в семье Птах.
Александр Евгеньевич Чертков, находясь в офисе корпорации «Родненькая», инструктировал нового начальника службы безопасности Петра Морозова. Эмоциональный спич водочного магната прервался на полуслове, в момент получения SMS-сообщения. Черт прочел его и, не сдержавшись, улыбнулся, оголив экрану телефона ровный ряд породистых зубов.
Петр Николаевич Морозов любопытства к SMS не проявил, он четко держал дистанцию, безоговорочно выполняя все распоряжения шефа, даже те, которые не соответствовали его морально-этическим жизненным принципам. Александр Чертков для Морозова – гуру, финансово успешный олигарх, который за семь лет из обычного предпринимателя стал миллионером, построил завод, раскрутил торговую марку «Родненькая», а теперь намерен стать серым кардиналом Задорожья, покорить политический Олимп города, региона, а затем и всей страны.
