– В отношении него предпринять превентивные действия?
Андропов задумался.
– Думаю, не стоит, Анатолий Иванович. Но информацию о нем держите под личным контролем. Он наверняка еще всплывет. – Председатель позволил себе улыбнуться. – В прямом или переносном смысле. Арабы, насколько я могу судить, относятся к иноверцам как к расходному материалу. – Он переложил бумаги на столе и продолжил: – Какие последствия ожидаются от этой акции?
– Израильтяне в ярости. Такой жестокий теракт в столице – это серьезный вызов. Голда Меир объявила в стране трехдневный траур. Уверен, они поднимут и «Моссад», и «Шабак», будут отвечать. Что касается остального мира, то Хабаш показал свои возможности и силу. По сути, это первое выступление не национального, а именно международного террористического движения. Это четкий сигнал, что в международной политике появился сильный игрок, и с ним надо будет считаться. Если боевики смогли неожиданно ударить даже в Израиле, где очень силен контртеррористический режим, значит, они могут это сделать и в любом другом месте в изнеженной Европе.
– Террористический интернационал?
– Именно. Я специально для вас подготовил справку об их потенциале. Там и европейцы, и арабы. Во Франции и Германии несколько тысяч палестинцев учатся на государственные гранты. Это практически неисчерпаемый резерв.
Председатель самой могущественной спецслужбы мира, холодно поблескивая стеклами очков, внимательно ознакомился с документом.
– Активизируйте резидентуру подполковника Саблина. Мы же ее как раз и создавали, чтобы отслеживать экстремистских радикалов на Западе. Взбодрите Севера и его агентов, особенно Батыя. Он у нас связан с ФАТХ, Арафат наверняка захочет поучаствовать в таком деле.
На приставном столике председателя, уставленном телефонной станцией, сработал спикерфон, и голос помощника сообщил:
– Юрий Владимирович, вы просили напомнить. Через десять минут у вас совещание по организации безопасности на предстоящей Олимпиаде. Товарищи уже собираются.
– Спасибо. – Андропов отключил связь. – Вот кстати, у вас есть данные по Мюнхену? Что там нас может ждать?
– Я вам отправлял сводный отчет от наших источников, что НТС готовит пропагандистские антисоветские акции. Они добиваются от немецкой стороны открыть в Олимпийской деревне свой пресс-центр. Мы провели профилактическую работу, власти пока сопротивляются.
– Это я помню. Я имел в виду острые мероприятия. Тут мне вчера шеф разведки ГДР жаловался, что западные немцы совсем заигрались в борьбу с тоталитарным нацистским прошлым. Их полиция намеренно не вооружена, чтобы не вызывать негативные милитаристские ассоциации с гитлеровской Олимпиадой 1936 года. Полиции в форме с оружием даже запрещено входить на территорию Олимпийской деревни. Таким образом власти считают необходимым поддерживать у спортсменов и гостей чувство праздника. Большое количество людей с оружием могло повредить имиджу «игр мира и радости». Немецкая «Группа Красной армии» не собирается там что-нибудь предпринять? Что докладывает Батый?
– По его сообщениям, они обсуждали ситуацию и еще раз подтвердили, что ГКА борется не против гражданских лиц, а против профашистской власти и засилья американского милитаризма. Так что с их стороны мы угрозы не наблюдаем.
– Хорошо. Отслеживайте ситуацию и дальше. Появятся малейшие признаки опасности – сразу сообщайте мне, будем предпринимать меры.
– Какие, Юрий Владимирович?
– От нас едет внушительная делегация, почти четыреста человек. Это без туристов. Соответственно и группа наших сотрудников будет солидная. Я в подбор кадров специально не вмешиваюсь. Доброжелатели и влиятельные люди пропихивают своих родственников. Полторы недели за государственный счет в капиталистическом раю, командировочные в валюте. Конечно, желающих много. Тут такие интриги идут, что я и не ожидал от наследников славной ЧК. На всякий случай, товарищ генерал, подготовьте резерв из боевых ребят со знанием языка. Человек десять. Если появятся сигналы опасности, не посмотрю на просильщиков, выкину балласт и включу ваших.
– Понял, Юрий Владимирович, – засобирался начальник нелегальной разведки. – Могу идти?
– Можете. – Внезапно Андропов остановил Лазарева в дверях: – Анатолий Иванович, а насчет Шакала – попробуйте выйти с ним на связь, может быть, удастся получать от него информацию. Он теперь занимает особое положение в кругах террористов, и, я подозреваю, не только арабских. Сейчас к нему будут искать подходы разведки Германии, Франции, Турции, Ливана и прочие. Только обязательно позаботьтесь о безопасности тех, кто пойдет с ним на связь.
Ясир Арафат был талантливым и очень энергичным организатором. По жизни им двигали две страсти: революция, как способ возрождения родной Палестины, и неимоверное честолюбие. Этот огонь пылал в его груди, не угасая ни на мгновение. Чуть позднее к ним добавилась и тяга к материальным благам.
