– А вот это тебя вообще не должно волновать, – вспылил Арафат. – На мероприятии такого уровня нельзя экономить. Ты щедро заплатишь Юсуфу, сам будешь останавливаться только в дорогих отелях, будешь тратить деньги на покупку информации столько, сколько попросят. Дай команду Азизу набрать побольше наших ребят, кто учится в Германии, пусть они устраиваются на подсобные работы в Олимпийской деревне. Запомни, у тебя неограниченный кредит.
– Я учту это, уважаемый Ясир.
– И еще… Ты же знаешь, что, если ты не будешь сообщать задействованным людям, для чего все это затевается, они начнут проявлять ненужное любопытство. Нам этого не надо. Ты подумал над этим?
– Конечно, именно поэтому я намекну, что мы готовим не военную, а мирную, информационную акцию. Несанкционированный митинг в поддержку Палестины. Поэтому тайно, чтобы власти не смогли ему помешать.
– Думаю, это хороший ход. Как планируешь доставить оружие?
– Уважаемый Ясир, я на месте пойму способ перевозки оружия, подготовлю базу, документы, пути отхода и зачистку следов.
– Действуй. Отчет – только мне. Да поможет Аллах «Черному сентябрю» совершить наше священное дело!
– Иншалла.
Азиз, как обычно, прислал посыльного с просьбой навестить его в духане, недалеко от старейшей мечети в Западном Берлине. Там его ждал человек, с которым Батый уже сталкивался. Первый раз вскользь во время подготовки в иорданском лагере, а более тесно – после захвата самолета. Основные цели операции были выполнены. Тогда прекрасная и храбрая палестинка Лейла отказалась идти с ними и осталась с заложниками в самолете, а они вместе с Садик Иссави, полуживые, выбирались из засады через пустыню. Первый, кого тогда еще Юрген увидел у своей койки в госпитале, был как раз этот мужчина.
Сопровождающие почтительно называли его Абу Дауд. Комендант лагеря, здоровенный палестинец Салех, как-то упомянул, что, когда Арафат создавал свою первую подпольную организацию, он предложил соратникам взять прозвища, которые будут начинаться с Абу, то есть «отец». Себе же Арафат взял псевдоним Абу Аммар.
Так вот, этот человек, называемый Абу Дауд, очень подробно расспрашивал, а по сути допрашивал, выжившего боевика о деталях захвата самолета. Батый едва мог шевелить распухшими и потрескавшимися от жара пустыни губами. Несколько раз он впадал в забытье, но, когда открывал глаза, у его койки терпеливо сидел этот палестинец, и допрос продолжался с того места, где он прервался.
Азиз встретил гостя у входа, отвел в отдельную комнату с богатым дастарханом, а затем, пряча глаза, удалился, сославшись на дела.
– Ты помнишь меня, Юсуф? – Араб сделал жест, приглашающий присоединиться к дастархану и разделить с ним церемонию чаепития. Такой чай, заваренный по бедуинскому рецепту, подавался в Берлине только в этом духане.
– Конечно, уважаемый… – Батый сделал паузу, призывая собеседника самому обозначить, как в этот раз его стоит называть.
– …Абдулла Касым, бизнесмен из Сирии, – подсказал с вежливой улыбкой посланец Арафата.
– Слушаю вас внимательно, Касым. – Батый налил в чашку ароматный напиток.
– Мне стало известно, что «Группа Красной армии» теперь сотрудничает с Народным фронтом, а не с нами. В чем причина? – Посланец сделал глоток и добавил: – Или в ком?
– Разрешите вам напомнить, уважаемый Абдулла, что Восток есть Восток, а Запад есть Запад. ФАТХ – жестко управляемая структура с сильным лидером, основанная на националистических началах. «Палестина превыше всего». Все решает только сам лидер, Арафат. Народный фронт, в отличие от него, рассматривает создание независимой Палестины как одну из задач в деле создания на всем Ближнем Востоке стран социалистического толка. Это гораздо ближе немецким революционерам из «Красной армии».
– А тебе? – Абу Дауд не спускал глаз с собеседника. Батыю стало понятно, что это и есть главный вопрос. Верен ли Юсуф или тоже переметнулся?
«Был бы приказ из Москвы – переметнулся бы, а пока велено работать с вами», – мысленно ответил разведчик, но вслух произнес:
– Я ходил в бой с федаинами ФАТХ. Помню, как говорил один из них: «Верблюдов на переправе не меняют».
– Вот как? – удивился палестинец. – Я не слышал такого выражения. Но оно мне кажется очень верным. Ты нам нужен, Юсуф.
– Приказывайте, мухтарам.
Именно так у арабов обращаются к старшему, когда хотят подчеркнуть его избранность.
– Ты раньше бывал в Мюнхене?
– Неоднократно.
– Отлично. Завтра мы отправляемся в Мюнхен. Там мы поселимся в гостинице и возьмем автомобиль для разъездов. Наша поездка займет три-четыре дня, максимум неделю. Поезд отходит завтра в 9:45. Я буду ждать тебя у четвертого вагона.
Во время поездки Батый понял, что на этом этапе он нужен в основном как доверенное лицо и переводчик. Всю коммуникацию арабский гость возложил на него.
В пункте проката автомобилей они взяли BMW 2000 прошлого года выпуска, мощный двигатель в 120 лошадиных сил, черного цвета. Машина сразу понравилась обоим.
– Куда едем, Абдулла Касым?
– Отель «Четыре сезона». Мне рассказывали, что это хорошая гостиница.
