Получая сведения, как восторженно восприняли акцию в израильском аэропорту арабские лидеры, он испытал жестокий приступ зависти к своему давнему товарищу и конкуренту доктору Хабашу. Есть люди, которые искренне радуются успехам своих друзей и близких. Арафат был не такой человек. Сейчас его натура требовала реванша. Это о нем должен был заговорить весь мир, а не о Жорже.
Лидер крупнейшей палестинской организации метался по комнате как тигр в клетке. Он срочно вызвал Абу Дауда. Это был псевдоним, под которым скрывался один из главных офицеров ФАТХ – человек, создавший и выпестовавший бойцов «Черного сентября». Опытнейший профессионал, который руководил оперативным отделом в организации. Именно он являлся «мозговым центром» и главным вдохновителем многих операций этой террористической структуры.
За год своего существования «Черный сентябрь» достиг чрезвычайно высокого уровня подготовки. Эта группа качественно отличалась от других палестинских террористических организаций. ФАТХ осознанно возвел вокруг «Черного сентября» непроницаемую завесу секретности. Конечно, независимость и автономность организации были весьма условными. Руководители организации имели свободу действий лишь на тактическом уровне. Однако ни Арафат, ни какой-либо другой высокопоставленный функционер ФАТХ никогда не признавал свою связь с «Черным сентябрем». В структуре была принята не только повышенная секретность, основанная на жесткой дисциплине, но и тщательный отбор участников.
– Мохаммад, я хочу услышать, что предпринято по операции в Мюнхене. – Только когда они были наедине, руководитель ФАТХ позволял себе называть подчиненного настоящим именем. Это был своеобразный знак доверия.
– С одной стороны, уважаемый Ясир, операция настолько серьезная и секретная, что о ней знает исключительно ограниченный круг лиц, с другой – ее масштабность предполагает задействовать десятки исполнителей и помощников. Поэтому они будут использоваться втемную, зная только свою узкую конкретную задачу. Цели на конечном этапе до исполнителей будут доведены только перед самой акцией.
– Сколько человек будет входить в штаб операции?
– Нисколько. Всю организационную работу я беру на себя.
Арафат с сомнением покачал головой:
– Но тебе придется часто бывать в Германии, для работы на месте понадобятся помощники, знающие немецкий язык. Одно дело – давать задания арабам, живущим в Германии, другое – все выяснять самому. Ты надеешься на нашего представителя в Европе, уважаемого Азиза?
Оперативник отрицательно покачал головой:
– Наш брат по вере Азиз, увы, в последнее время слишком увлекся молодыми немецкими девушками, почувствовал вкус к роскоши. Я не говорю о недоверии, напротив, он хорошо справляется с финансовыми вопросами, но в вопросах, связанных с боевой деятельностью, он профан. Вы же помните, как в прошлом году мы поручили ему устроить взрыв на складе одного еврейского торговца, а он по ошибке взорвал соседний магазин.
Арафат улыбнулся и развел руками:
– Ты прав, не каждому это дано. Твои предложения?
– Юсуф Бируни, немец из «Группы Красной армии», проходил обучение в нашем лагере в Иордании. Его завербовал Салех, проверил в деле. Юсуф принимал участие во взрыве водонапорной башни на израильской территории. Но, главное, он хорошо проявил себя в группе по угону самолета из Рима вместе с Лейлой Халед.
– Я помню. Мы помогли организовать ему для прикрытия бизнес в Германии.
– Совершенно верно. У себя на родине он, как один из руководителей ГКА, организовал группу и провел несколько острых акций.
– Что за акции, напомни?
– Налеты на банки и атака на штаб-квартиру НАТО в Гейдельберге.
– Отлично помню. Мы помогли ему оружием, там героически погибли два наших федаина. А он, значит, остался жив.
– Да, только ранен. Сейчас снова готов к действиям. Я встречался с ним несколько раз, он мне подходит. Владеет, кроме немецкого, арабским, английским, французским.
– Ты собираешься использовать его только для разведки или хочешь задействовать в основной операции?
– Он идеально подходит и для того и для другого. Но, я считаю, что на финальной стадии мы должны задействовать только наших соплеменников. Это же наша акция. Мы ждем большого международного резонанса. Зачем нам делить успехи с иноверцами?
– Это правильно, – немного подумав, согласился палестинец. – Итак, давай поэтапно.
– В ближайшие дни я вылетаю в Мюнхен для разведки и составления точного плана. Но перед этим отберу с десяток человек, владеющих немецким, мы отправим их в наши лагеря на подготовку.
– Бери шире, Абу Дауд, набери пятьдесят. Пусть останется из них восемь или десять, но это будут лучшие.
– Согласен, уважаемый. Хотя это дополнительные расходы.
