"Держитесь вместе, - сказал он, выхватывая меч и останавливаясь, чтобы встретиться взглядом с Эллеси. Она держала в руках саблю, которую он подарил ей на стенах Кешин-Кхо, - клинок, который когда-то носил Варнко Матерк, Скельтир из Остра Скельд, заслуживший лучший конец. Ваэлин знал, что она смертоносна с луком и смертоносна в ближнем бою с ножом, но это был бой.
"Теряешь время, дядя", - сказала она ему, прежде чем он успел произнести какие-либо предостерегающие слова. Улыбка, которую она попыталась изобразить, стала больше похожа на гримасу, и он утешился тем, что она, по крайней мере, научилась достаточному, чтобы не бояться.
Он кивнул Нортаху, который пристроил свою лошадь рядом, и они отправились в путь: первые сто ярдов галопом, затем остальные понеслись следом. Дерка вскинул голову и заскулил в предвкушении, когда они начали подниматься по склону к затянутому дымом городу, и стук копыт поглотил шум боя. По мере подъема дымка становилась все гуще, но уклон был достаточно пологим, чтобы лошади могли поддерживать приличный темп. Благодаря сочетанию скорости и дыма первые Искупленные, с которыми они столкнулись, были смяты еще до того, как успели поднять оружие для защиты. Ваэлин рубил всех, кто оказывался в пределах досягаемости его клинка: их поредевшее число и отсутствие слаженности обеспечивали непрерывный натиск до самого основания городских стен. Когда они приблизились к месту схватки, дым рассеялся, и Ваэлин смог разглядеть массу Искупленных, сгрудившихся в проломе, которым каким-то образом не давали пройти в город, в то время как с тыла их атаковало все большее число солдат Имперской Хосты.
Он направил Дерка к незащищенной части толпы Искупленных и остановил его. В проломе было слишком много бойцов, чтобы можно было успешно атаковать, но ярость степного жеребца, выращенного для битвы, была неистребима. Фырканье и ржание Дерка выдавали его глубокое ликование, когда он взвился на дыбы, размахивая передними копытами, чтобы размозжить черепа и вбить в землю мужчин и женщин. Несколько Искупленных повернулись лицом к новой опасности и бросились на Ваэлина с копьями и мечами. Двоих он срубил ударом орденского клинка слева и справа, еще один пал от меча Нортаха, а четвертый замертво рухнул от копья Алума, вонзившегося ему в грудь.
На лице Мореска появилось недовольное выражение, когда он попытался выдернуть копье из ребер Искупленного. Ругаясь по-альпирански, он спрыгнул с седла и, ударив по груди трупа, вытащил копье, успев парировать удар другого Искупленного, а затем, крутанувшись, нанес ослепительный удар по глазам мужчины. Никогда не любивший сражаться верхом, Алум не стал пересаживаться на свою кобылу, а присоединился к растущей, но поредевшей шеренге имперских солдат и стал орудовать копьем в рядах Искупленных.
"Кто главный?" спросил Ваэлин у стоящего рядом капрала, получив в ответ взгляд, в котором смешались шок и недоумение.
"Не вы ли, лорд?" - спросил солдат, и Ваэлин отметил, как молод он был под покрывавшими его лицо пятнами и кровью. "Нашего капитана пробили насквозь, а сержанту проломили голову". Он огляделся по сторонам в крайнем замешательстве. "Не могу найти своих людей, видите?"
"Теперь
Капрал отдал небрежный салют и поспешил прочь, выкрикивая приказы. Ваэлин повернул Дерку обратно к бою и увидел, что Сехмон тоже сошел с коня, чтобы сражаться на стороне Алума. Нортах и Эллеси крутились вокруг, сбивая группу Искупленных, вырвавшихся из пролома.
"Отступайте, - приказал им Ваэлин. "Соберите всех лучников, которых сможете найти среди этой толпы".
После того как они ускакали галопом, Ваэлин поскакал туда-сюда, подгоняя разбегающихся солдат в некое подобие строя. Немногочисленные оставшиеся в живых сержанты и офицеры, ошеломленные и истощенные жестокостью недавнего боя на склоне, вскоре пришли в себя при звуках авторитетного голоса. За несколько мгновений ему удалось собрать достаточно слаженное подразделение численностью около двухсот человек. Искупленные в проломе отвечали на атаки с тыла все более жестоко, демонстрируя привычное пренебрежение к собственной жизни, бросаясь на своих мучителей.
Ваэлин приказал своим отрядам выстроиться в полумесяц и приказал Алуму и Сехмону отступить к новой линии. Мореска сразил Искупленного ударом копья в живот, после чего они с Сехмоном отступили, а остальные солдаты последовали их примеру. Несколько Искупленных попытались броситься в погоню, но были сбиты залпом стрел и арбалетных болтов из двух десятков лучников, которых Нортах и Эллеси успели наскрести.