"Вы меня знаете, - сказал я им. "Мы с вами сражались вместе, храня верность и доверие. Вы служили под моим знаменем с мужеством и стойкостью в самые тяжелые дни, и я польщен вашей службой. Сегодня я вновь прошу вас о доверии. Пришло время узнать правду, позорные факты нашего предательства. Мы сражались за спасение этого города, проливали свою кровь в течение нескольких дней, видели, как гибнут наши братья, и все это под обещание спасения от Торгового короля. Но спасение так и не пришло. Теперь я знаю, что оно и не должно было прийти. Торговый король не прислал подкрепления. Нас оставили здесь умирать, чтобы он мог и дальше сидеть в своем дворце и наслаждаться богатством. Так было всегда; богатство Торговых королевств всегда покупалось кровью их солдат".
Большинство продолжало смотреть с растерянным восхищением, а несколько человек нахмурились в гневе или отвращении. Неужели их лидер теперь стал предателем?
"Знайте, что мои слова правдивы, ибо Темный Клинок говорит только правду". Я протянул жесткую руку Кельбранду, на лице которого теперь было безупречное выражение сожаления и гнева - образ человека, опечаленного страданиями своего друга. "Он говорил со мной, и я слышал истину его слов и величие его милосердия. Он предлагает нам жизнь, он предлагает нам свободу от оков Торгового короля. Больше мы не будем рабами алчности старика, больше наши жены и дети не будут знать лишь рабства. Почтенное королевство - не что иное, как больное чудовище, нуждающееся в убийстве. Я, Шо Цай, некогда ваш генерал, некогда глупец, проводивший свои дни, склоняясь перед недостойным скрягой, отдаю свой меч на службу Темному клинку". Я взмахнул рукой в их сторону, раскинув пальцы в настоятельном приглашении. "Присоединяйтесь ко мне. Вместе мы уничтожим коррупцию и грязь Торговых Королей. Присоединяйтесь ко мне!"
По рядам прокатился гневный ропот, люди обменялись взглядами, выражающими отчаянное недоумение. Шо Цай, командир красных разведчиков и защитник Кешин-Кхо, самый верный слуга, когда-либо служивший при дворе торгового короля Лиан-Ша, теперь призывал к измене. Ропот перерос в бормотание, слова "безумие" и "предательство" стали слышны среди шума. Стройные ряды потеряли сплоченность, когда бормотание переросло в крики, а многие, не обращая внимания на опасность, приняли позу тех, кто собирается вступить в бой. Мне стало ясно, что этих людей ждет смерть под градом стрел и сабель, что все, что они слышали из уст своего генерала, - ложь предателя.
Затем Кельбранд вышел вперед.
