«С таблеток. Я слышала о твоей легенде о бесплодности. Таблетки не вписывались в нее. А один из охранников оказался охочим до сплетен, когда трахал меня в вашей спальне в Кастельдефельсе. У него не было выбора. Как и у Олега. Олег тоже спал с тобой, да?»
Алина кивнула.
«Тот парень и на это намекнул, – сказала Ника. – Чувствовалось, что он ревнует тебя и сам был бы не прочь. Потом я позвонила Олегу и спросила, знает ли он о тебе и Горшкове. Он не хотел говорить, так что пришлось тоже намекнуть ему, что Бурову вряд ли понравится, что он спал с его женой. После этого он все рассказал, даже больше, чем я просила».
«Ты не сказала вчера про Олега».
«Я ему обещала».
«Спасибо. Он единственный, кто любил меня, а не использовал. Это был короткий курортный роман. Он хотел еще, а я – нет, и мы расстались друзьями».
«Как Белкин узнал о том, что ты спала с Горшковым?»
«Горшков ему сказал. Они ж вместе были, Белкин лег под Горшкова, все делал, как тот просил, не лез в Стамбул. А потом Белкин стал ко мне клеиться. Я сказала Горшкову, а ему было все равно, он ничего не сделал. Наоборот, мне кажется, ему было это выгодно. Еще один повод покрепче меня связать. Только Олегу было не все равно, он за меня заступился. Больше Белкин не лез».
«У тебя есть деньги?»
«Хватит на первое время. Откладывала потихоньку. Я хотела сказать Бурову и уйти, но не говорила и не уходила. Когда спала с ним, чуть не блевала. Он жрал „Виагру“ пачками и строил из себя Казанову. Любил трахать меня в офисе на столе. Знаешь, однажды я всерьез хотела его убить, думала, как это лучше сделать, а потом поняла, что не смогу. Жаль, что он не умер от ковида, тогда бы и замуж за него не вышла, и Горшков отстал бы. Что с меня взять, кроме того, что есть у каждой женщины?»
«Буров подарил мне Range Rover, когда выздоровел, – продолжила Алина. – Машина зарегистрирована на меня, но он не отдаст ее мне, да и хрен с ним».
После вина и чая легли спать. Ника раздвинула диван – чего ни разу не делала за те три года, что жила здесь, – потом они пожелали друг другу спокойной ночи, но еще долго не могли уснуть.
«Завтра буду искать квартиру, – сказала Алина. – Начну новую жизнь».
«Здесь безопаснее. Посмотрим, как будут развиваться события».
«Спасибо, Ника. Можно тебя обнять?»
«Да».
Ника почувствовала, как кольнуло в животе и тут же успокоилось.
Алина ее обняла, придвинувшись ближе. Потом губы Алины коснулись ее щеки и ее губ. Замерли. Они ждали, на квантовом расстоянии чувств.
«Спокойной ночи, – сказала Ника. – Хватит на сегодня впечатлений».
Алина улыбнулась в темноте.
Легла. Обняла Нику.
Так они и уснули.
Сейчас, утром, южным московским летом, они пили кофе и строили планы на день.
– Погуляем, пока не жарко? – предложила Ника. – Я давно не гуляла по центру. Не с кем.
– Я тоже. Жила в клетке как домашнее животное. Каждый шаг нужно согласовывать, без охраны нельзя.
– Теперь я твоя охрана. – Ника открыла напольный кухонный шкаф.
– Вау! – вырвалось у Алины.
Она подошла ближе.
В шкафу не было ничего, кроме ножей, от пола до высоты человеческого роста, в два вертикальных ряда, на деревянных подставках-лесенках.
– Мой любимый остался в Стамбуле, – сказала Ника. – Возьму, пожалуй, этот.
Она сняла с подставки один из больших ножей.
– Идем? – спросила она.
Они гуляли до часу дня, пока не стало жарко, а потом съели в кафе на Чистых прудах по три шарика мороженого и решили сходить в кино.
Выключив накануне телефон, Алина так и не включила его.
– Совсем другие ощущения, – сказала она. – Как будто живешь по-настоящему, а не в промежутках между звонками, сообщениями и тупым просмотром соцсетей.
– Я удалила соцсети, – сказала Ника. – Они не помогут, когда нет настоящих друзей. А когда есть настоящие друзья, с ними нужно общаться вживую.
– Предлагаю сходить вот на этот фильм, – продолжила Ника. – «Главный герой».
– Мне все равно, – улыбнулась Алина. – Я сто лет не была в кинотеатре.
Они не прогадали. Фильм как нельзя кстати подходил к настоящему моменту.
– Я чувствую себя, как этот парень, – сказала Алина после сеанса. – Я жила в компьютерной игре, с прописанной ролью, а потом стала свободной.
– Может, просто сменила игру?
– Эта мне нравится больше.
Алина взяла Нику под руку, и так они вышли на улицу.
Здесь было жарко и душно – как перед грозой. Небо затягивали тучи.
– Обещают ливень, – сказала Ника. – У нас теперь как в тропиках – то ураганы, то ливни. Глобальное потепление. А люди убивают друг друга и рвут куски побольше – пока не вымрут и некому будет рвать.
Алина промолчала.
Они шли по аллее Бульварного кольца, а ветер, усиливаясь, гнал им навстречу пыль и мусор.
Громыхнуло. Раскатистый удар сотряс тучи над головами. Порыв ветра швырнул под ноги сухую ветку. Она прилетела как стрела, пущенная с неба.
– Ника, мы не успеем. – Алина крепче взялась за руку Ники. – Может, на такси?
– Алина, это жизнь. Свобода. Чувствуй ее во всех ее проявлениях.
Громыхнуло еще раз.
Редкие крупные капли дождя, перемежаясь с пылью, летели им в лицо.
Темнело.
– Ника, мы не успеем, – повторила Алина. – Вызови, пожалуйста, такси. – Она щурилась от пыли.
– Хорошо.
