– Я сейчас ничего не утверждаю, – сказала Юля, – но если это роботы, то многие вопросы снимаются.
Еврин, Храмов и Юля все так же общались, не глядя друг на друга. Они увлеченно разглядывали тела белых существ, которые то и дело падали и падали на планету.
– Может, в этой Вселенной вообще нет привычной нам формы жизни, а ее заменяет нечто, что мы в своем мире называем роботами, – предположил Храмов.
Эту его фразу никто не прокомментировал, и тогда, спустя секунд десять тишины, Максим добавил:
– Может, теперь и мы роботы?
– Простите за вопрос, но вы ходили сегодня в туалет? – спросила Юля у капитана и, не дождавшись ответа, пренебрежительно продолжила: – Мы роботы из плоти и крови? Роботы, которые едят, пьют, испражняются, дышат, спят? Нет, никакие мы не роботы. Наши анализы крови точно такие же, как прежде.
– Юля, ты смотришь на нас изнутри, – сказал Еврин.
– О чем это вы?
– Мы находимся внутри какой-то новой для нас системы, – пояснил Еврин, – и мы изучаем эту систему изнутри. Внутри системы мы видим себя такими, какими, собственно, и видим – привычными и живыми. Находясь внутри какой-либо системы, нельзя увидеть эту систему в общем и целом. Нельзя увидеть ее всеобъемлюще.
– Мы же решили, что мы не можем быть в симуляции, – ответила Юля ученому.
– Нет, я не про симуляцию, но я думаю, что все это какая-то физическая система и мы теперь часть нее.
– Какая система?
– Мне кажется, я интуитивно близок к пониманию, но… оно постоянно ускользает от меня…
– Юля, – начал Храмов, – я все о роботах… хорошо, мы не можем быть роботами, конечно, никакие мы не роботы… но я все же повторюсь – ты говорила, что то черное создание из расщелины тоже похоже на робота; может, в этом мире все стало роботизированное в результате триллионов лет эволюции? Ведь живая материя слаба и неустойчива, и она перешла в более жизнеспособную форму.
– Не устойчива, но очень приспособляема, – ответила биолог, а потом добавила: – Те черные создания выглядят как роботы только за счет их материала, напоминающего пластик. Я не утверждаю, что они роботы, а лишь предполагаю, ведь я так и не успела понять, из какого точно вещества они состоят. Мне показалось, что они имитируют жизнь. Что я имею в виду: нечто или некто воссоздал из более стойких материалов точь-в-точь такую же конструкционную схему, какая есть и у живой бактерии или клетки. Причем воссоздал ее на фундаментальном уровне – взял и заменил все молекулы жизни: углеводы, липиды, белки и нуклеиновые кислоты, ДНК, в конце концов, на что-то аналогичное по функциям, но созданное из более устойчивого к внешним воздействиям вещества. Это лишь мои догадки, но они основаны не на пустом месте. То черное существо действительно похоже на одноклеточное пластиковое, имитирующее жизнь.
– И это коррелирует с тем, что эти белые создания прилетели из космоса, – сказал Храмов, – если они могут там выжить, значит, они тоже роботизированные пластиковые формы… жизни?
– Тогда уж аналоги жизни, – поправила его Юля. Девушка принялась фотографировать на коммуникатор белых созданий.
Когда все вокруг вспыхнуло оранжевым сиянием, никто из людей не то чтобы не испугался, но даже не удивился.
– Долго ждали, – произнес Еврин, глядя на извивающихся почерневших существ. Их хоботки испарились мгновенно, а тела съежились в несколько раз и замерли.
– Наверное, ждали, пока все прилетят, – предположил Храмов, – чтоб энергию не расходовать.
– Ну да… наверное, – согласился Еврин.
– Хотя бы успела фото сделать, – сказала Юля.
– Камеры «Гефеста» все снимают, – сказал Храмов.
– Там качество не то. Мне для исследования надо хорошее разрешение.
Сияние прекратилось, уничтожив незваных гостей меньше чем за десять секунд. Теперь все вокруг было усыпано черными обугленными комками, источающими пар, из-за которого на той стороне планеты поднялось густое марево. Но вскоре все исчезло, потому что случился очередной пространственно-временной перенос. Еврин сразу обратил внимание на черную дыру, являющуюся главным индикатором того, что они сместились по внутренней поверхности. Теперь Пустота-1 находилась над головой. Юля, Храмов и Еврин переглянулись, и на лицах их не было никаких эмоций – ну перенос и перенос, подумали они разом.
– Подождем событий? – спросил Храмов.
– Не, – сказала Юля, – я хочу пойти фото подробно рассмотреть на увеличении.
– Я тоже пойду, – сказал Еврин, – когда кто-то прилетит, выйдем, глянем. А то тут так можно и не один час прождать.
