— Теоретически — да. Но была ли такая возможность в реальности? Как он мог сноситься с заговорщиками, если постоянно сидел в поместье и не выходил из этого флигеля никуда, кроме как по вызову хана?
— Хорошо, эти вопросы пока останутся без ответа. Как и то, куда он делся после убийства, — напомнил частный детектив.
— Это верно. Но тебе ли не знать: охрана всегда больше следит за тем, чтобы враг не проник в крепость, чем примечает, кто ее покинул. Думаю, бедолага скоро отыщется. Тем более вот его бумажник лежит на каминной полке.
— Думаешь, переводчик исчез… не по своей воле?
— Пока утверждать рано. Но если он не появится, можно предполагать двойное убийство. На всякий случай я бы приказал мистеру Смиту тщательно обследовать сад, конюшни и местные подвалы. Это не лишено смысла и помешает ему вертеться у нас под ногами.
— Хорошо. Переводчика пока исключаем из числа подозреваемых. А что ты думаешь о китайцах?
— Признаться, я о них не думаю вовсе. Они великие мастера своего дела и в столь щекотливых случаях не посылают людей крушить врагам черепа. Их почерк — касание отсроченной смерти. Если бы мы имели дело с китайцами, Алаяр-хан умер бы еще в море, на корабле, от внезапной остановки сердца или паралича легких. И оставалось бы только гадать, пьяный ли китайский грузчик-кули в порту случайно толкнул высокого господина, или прелестная наложница легко и нежно помассировала нужную точку в нужное время.
— Значит, все же русские? Но они не успели бы провернуть все так быстро!
— Пожелай русские захватить Канджут, они уже давно были бы там.
— Стало быть, их мы тоже не принимаем в расчет?
— Мы не считаем Россию априори виновной, — уточнил Раджив. — Но сейчас я бы хотел посмотреть на свидетельниц и, — он глянул на тикающие каминные часы, — на место преступления. Думаю, следует поторопиться и начать со второго.
Бравый шотландец вытянулся в струнку перед высокими гостями.
— Приятель, а не проводите ли вы нас к месту убийства?
Лицо хайлендера исказила такая гримаса, будто он только что съел живую сколопендру.
— Прошу извинить меня, сэр, но этот дух… Мы, шотландцы, страсть как не любим иметь дело с призраками. Да и отыскать там нетрудно. Как по лестнице подниметесь, будет большой зал. Там-то его танцовщицы и ублажали.
— Танцовщицы? — переспросил Шейли-Хоупс.
— Так точно. Этот принц с собой множество девиц привез. Одни, стало быть, их чертову музыку играли, другие же в непотребном виде перед ним выплясывали — срамота, я вам скажу!
— Значит, вам не нравилось?
Лицо Мак-Леода вновь стало непроницаемо-суровым, точно он желал упрятать под каменной маской клокочущую лаву.
— Я добрый христианин, сэр! И этих бесовских завываний да завлекательных кривляний не переношу. Коль прикажете, я, как велит солдатский долг, пойду с вами, а то позвольте остаться тут.
— Ладно, ступайте, найдите пока мистера Смита. Пусть как можно скорее выяснит в местном полицейском управлении, не встречался ли кому из полисменов мужчина восточной наружности. Опишите им переводчика… но, впрочем, меня интересуют все мужчины восточной наружности. А затем пусть тщательно проверит, не лежит ли сей знаток языков где-нибудь тут, в имении, уже совершенно безъязыкий.
— Есть, сэр! — снова вытянулся капрал и, не мешкая, бросился выполнять приказ.
Как и обещал Мак-Леод, место преступления обнаружилось без труда: кровавое пятно на колонне было обведено мелом. Ничего не мешало осмотру, лишь на фоне полного безмолвия где-то под высоким потолком слышалось унылое завывание. Раджив поднял руку, едва не касаясь страшного отпечатка, затем поглядел на смятую кошму, все еще валявшуюся на полу, и перевернутый кальян рядом с ней.
— Занятно. — Индус задумчиво осмотрел залу и показал чуть в сторону, на низкую кушетку, возле которой валялись восточные музыкальные инструменты. — Здесь сидели музыкантши. А тут резвились танцовщицы.
— И что это нам дает? — поинтересовался Стивен.
— Довольно много. Посмотри, канделябры расположены за танцовщицами, а вон сверху люстра. Свечи на ней, сам видишь, не зажигались.
— То есть Алаяр-хан сидел в темноте, глядя на освещенных девушек?
— Именно так. И музыкантши тоже глядели на своих подруг из темноты. Так что преступнику не составило труда вбежать, совершить убийство и броситься наутек.
— Но само убийство? Такое впечатление, что душегуб подхватил Алаяр-хана с пола и с силой ударил затылком об колонну. Но тогда, судя по отметине, этот неизвестный должен быть как минимум семи футов ростом.
— Может быть, может быть, — согласился Раджив, разглядывая кровавое пятно. — Однако хорошо бы глянуть на покойного. В тех горах рослые люди — большая редкость.
Завывание под высоким потолком на миг стихло, и, словно на зов Раджива, из пустоты и пыли совсем рядом сгустилась мужская фигура с разбитой головой. При абсолютном безветрии шелковые одеяния мертвеца развевались, и на обнаженной сабле хищно плясал яркий солнечный блик.
— Аллах Акбар! — яростно взревело привидение, добавив к традиционной формуле длинную тираду на родном наречии.
