Стены почти сплошь были увешаны бабочками и жуками под стёклами в красивых рамках. Между ними встречались то анатомические страницы с мелкими зверьками, то географические карты и страницы из ботанических журналов. В углу устроилось чучело изогнувшейся лисы. На ручках шкафа висели стеклянные бусы с праздника.
– Я хотела кое-что показать, прежде чем встретимся с остальными.
Лорена кивнула на низкий столик, где стояла ваза с засушенными цветами и лежала открытая книга. Пока девушка брала со стола ленту и собирала волосы перед большим зеркалом, Айден уселся на софу. Повернув книгу, глянул на обложку: «Редкие и потерянные книги по естествознанию». На открытой странице красовалось сложное название, к концу которого Айден уже забыл начало. В первых абзацах сообщалось, что это крайне редкая рукописная книга керавийского автора, единственный экземпляр которой потерян из императорской библиотеки и в последний раз всплывал в контексте Обсидиановой академии, но в её хранилищах не находился.
– И что? – спросил Айден. – Не думаю, что нам нужна книга об особенностях фауны Керавии.
– Читай дальше.
Дальше излагалось ещё несколько незначительных деталей, а потом взгляд Айдена выхватил нужную строку.
«Скорее всего, манускрипт оказался в распоряжении Фердинанда Харгроува, служившего в то время во дворце и заведовавшего в том числе библиотекой, а позже перешёл его сыну Хэмишу, который известен тем, что основал полулегендарное Общество привратников в Обсидиановой академии. Позже он преподавал там. Похоронен на территории Обсидиановой академии, но следы его личной библиотеки потеряны».
Айдена не волновала керавийская книга, он уставился на информацию. По его молчанию Лорена догадалась, что он дочитал до нужного места. Отвернувшись от зеркала, она провела пальцем по ладони, изображая надрез, о котором говорил Роуэн.
– Мальчик со шрамом, который основал Общество привратников. Думаю, это был Хэмиш Харгроув.
– Интересно, – кивнул Айден. – Нам-то какое дело сейчас?
– Никакого. Я не знала, стоит рассказывать об этом Николасу? Вдруг ему будет неприятно.
Айден даже не знал, что его удивило больше: то, что Лорену волнуют чьи-то чувства, или что она спрашивает об этом у Айдена. Николас наверняка бы ехидно заявил, что на самом деле Лорена интересуется им самим, раз позвала, но Айден полагал, что Лорена бы не стала.
– У Николаса нет благоговения перед предками, – пожал плечами Айден. – Так что да, почему бы не рассказать.
Мальчик со шрамом, основатель Общества привратников, учившийся и преподававший в Обсидиановой академии, покоящийся на местном кладбище, Хэмиш Харгроув.
– В этом доме есть что-то зловещее.
– В нас тоже.
Они расположились в купальнях совершенно одни, плавая в большом бассейне, подсвеченном зачарованными лампами. Вдоль стен теснились колонны и тени, от льющейся воды в малых бассейнах дальше раздавалось негромкое журчание, но в целом купальни представали местом таинственным и скрадывающим звуки.
Замечание о доме высказал Роуэн. Он сидел на бортике, болтая ногами. Ответил ему Николас. Лёжа на спине в воде, он лениво шевелил руками, полуприкрыв глаза.
Кристиан и Айден плавали, как и Лидия, а вот Лорена устроилась рядом с Роуэном.
На этот раз не только Николас, но вся мужская половина поэтического клуба была в льняных рубахах и штанах. Девушки предпочли закрытые купальные костюмы, что-то вроде блузок, сшитых со штанами, вроде таких же светлых, как обычные льняные, но сильно плотнее.
Когда они только переоделись, Лидия заявила:
– Если хоть кто-то об этом узнает, моя репутация будет уничтожена!
После чего разбежалась и прыгнула в воду, подняв тучу брызг. Она, конечно, преувеличивала, но если бы их застали в купальне, точно ничего хорошего бы не получилось. Не до такой степени, чтобы снова вызывать Дэвиана, но до такой, что пришлось бы отрабатывать наказание. Например, сад убирать перед грядущей показательной магией и Хрустальным балом.
Нежась в воде, Айден не думал об этом и наблюдал за светом зачарованных ламп на дне. Легонько касалась аура смерти Кристиана, но почти невесомо, Айден уже привык к ней.
– Не нагнетай, Роуэн, – заявила Лидия, уверенно рассекая воду. Плавала она отлично. – Что здесь зловещего? Это даже не дом в полном смысле. Тут всегда была Академия.
– Но в её стенах творилось многое. Тут живут призраки.
В купальнях повисла неуютная тишина. С опаской Айден покосился на брата, некстати вспомнив, как тот уходил неведомо куда в лес. С тех пор ничего подобного не случалось, но Роуэн всё равно казался каким-то потерянным.
– Ты что-то видел? – осторожно спросил Кристиан.
Роуэн сидел, уставившись на воду, но после вопроса поднял голову, почти растерянно оглядел остальных, заметив, как на него смотрят:
– Нет, ничего такого. Но Академия похожа на место, где живут призраки.
– Согласна, – неожиданно поддержала его Лорена.
